Зачарователь выпрямился, стряхивая каменную пыль со своей мантии рассеянными движениями. Его взгляд задержался на чертах Альберта, заострённых ушах, нестареющем лице.

— Эльф, — сказал он, и в том, как он это сказал, было что-то странное. — Не думал, что увижу кого-то из вас снова. Что привело одного из вас в наш городишко?

Эльф, о котором шла речь, казалось, обдумал его вопрос мгновение.

— Я намерен преподавать магию, — просто сказал Альберт.

На мгновение повисла тишина. Затем зачарователь начал смеяться.

Сначала горько, резко, словно сама идея несла какое-то оскорбление. Но затем смех его изменился, став каким-то беспомощным, неконтролируемым. Мужчина согнулся вперёд, прижав одну руку к животу, опасно покачиваясь.

Гансельн быстро шагнул вперёд, поймав мужчину за руку, чтобы удержать его в вертикальном положении.

— Тише, тише, — сказал он, поддерживая вес зачарователя, пока смех продолжал сотрясать его.

Альберт наблюдал за этой сценой со своей обычной неподвижностью. Затем он слегка наклонил голову.

— Ты, случайно, не Заудерн?

Смех оборвался внезапно. Старик напрягся под поддерживающей хваткой Гансельна, уставившись на Альберта своими зелёными глазами.

— Вы... — голос Заудерна звучал хрипло. — Вы узнаёте меня? Я был ребёнком, когда видел вас в последний раз.

Альберт в тот же момент двинулся, садясь на ступени собора с нарочитой осторожностью. Он посмотрел снизу вверх на Заудерна, и что-то в его выражении изменилось, едва заметно.

— Я прошу прощения, — просто сказал Альберт. — За то, как всё обернулось.

Заудерн стоял застывшим долгое мгновение, Гансельн всё ещё держал его за руку. Рыцарь чувствовал себя остро не на своём месте, став свидетелем чего-то, чего он не понимал.

— Я бы, если желаешь, приветствовал возможность обсудить это должным образом позже, — продолжил Альберт, его тон оставался размеренным. — Пожелай ты того, я был бы не против, чтобы маг твоего мастерства преподавал вместе со мной.

Заудерн вырвался из хватки Гансельна, поправляя свою мантию резкими движениями.

— Приходите в «Чаровницу», когда сможете, — резко сказал он. Затем старик повернулся и ушёл, его шаги были быстрыми и слегка неровными.

Гансельн смотрел ему вслед, его разум догонял то, что он только что увидел. Заудерн. Это был Заудерн, один из самых богатых людей во всём Штурмкаме. Рыцарь слышал это имя бесчисленное количество раз в связи с магическими предприятиями и городской торговлей, хотя он никогда раньше не видел этого человека.

Альберт оставался сидеть на ступенях ещё мгновение, прежде чем подняться со своей обычной точностью.

— Думаю, пора прощаться? — спросил он, словно ничего необычного не произошло.

Гансельн открыл рот, чтобы ответить... и тут же закрыл его.

— Да, — признал он, изучая мужчину перед собой. — Денёк выдался тот ещё

Потому что Гансельн искренне не был уверен, оказался ли Отшельник кем-то немного не в себе... или человеком, который вышел за пределы мирских вещей.

Но в любом случае... он желал добра, Гансельн в этом был уверен.

— Не просто так я редко посещаю города.

Он... жаловался? Шутил? Рыцарь честно не мог сказать.

***

Альберт

Воздух в подвале был на несколько градусов холоднее, чем в остальной части хижины, и слабо пах озоном вперемешку со старым, хорошо сохранившимся пергаментом. Что было идеально для поддержания стерильности.

К тому же, это были привычные условия работы.

Я подправил фокус кристаллической линзы, парящей перед моими глазами; латунные шестерёнки щёлкнули с приглушённой, приятной точностью.

На верстаке лежало ядро Шаттенбранда, помещённое в кольцо серебряных стабилизирующих штифтов.

Все три его части.

Это была рваная, угловатая вещь; осколок плотного, непостижимого магического сплава, который словно притягивал к своему центру свет парящих магических сфер. Благодаря обновлённой гравировке по периметру лаборатории я мог не волноваться, что следы маны начнут выветриваться из него.

Я потянулся за вторым пером, обмакнув его в флакон с чернилами, насыщенными толчёным лунным камнем. Мой журнал был открыт на чистой странице, уже наполовину заполненной геометрическими проекциями внутренней структуры ядра. К сожалению, я так и не нашел заклинания, которое умело бы рисовать за меня.

Основание собственной магической академии отняло у меня больше времени, чем я готов был признать.

Но работа наконец пошла своим ходом. Основные раскопки завершились, а снаружи, даже сейчас, бригада возводила фундамент здания. Впервые за несколько недель я мог вернуться к задаче, не связанной с человеческой логистикой, вместо того чтобы тратить время на поездки в Штурмкам и обратно.