— Да, — просто согласился Альберт, прежде чем пояснить. — Я много путешествовал по Северным землям, и меня ни разу не допрашивали из-за големов, хотя, когда я путешествовал с Бегемотом, обыски случались часто, — просто поведал он.

Трой заговорил прежде, чем успел Гансельн.

— При всём должном... кхм, уважении... сударь, — человек явно не знал, как обращаться к тому, на кого только что пытался давить, и кто к тому же оказался легендарным магом, в одиночку убившим мифическое существо. — Мы не северяне. Это цивилизованные земли, с надлежащими законами, и когда люди видят такие вещи... — он указал на големов, которые выглядели довольно безобидно: сделаны они были из тёмного камня, покрыты символами, с короткими ногами и маленькими ручками без пальцев. — Они начинают волноваться. Что создаёт проблемы.

Альберт на миг задумался; по его пустому взгляду невозможно было сказать, о чём он думает.

Видя, что Трой нервничает, и не желая, чтобы стражника, возможно, поразило молнией, Гансельн шагнул вперёд.

— Это стоит иметь в виду, но уже ходят слухи, что ты вернулся, и я думаю, для тебя могут быть сделаны исключения, — дипломатично предложил Гансельн. — Так что никаких проблем быть не должно...

Альберт на мгновение задумался, прежде чем вопросительно взглянуть на Троя.

— Наверное, всё в порядке, раз капитан подтверждает вашу личность, — признал мужчина.

Эльф кивнул.

— Прошу прощения, что отнял ваше время в таком случае, — обратился он к стражникам, окинув их взглядом. — И спасибо, Гансельн.

Без какого-либо движения со стороны мага повозка тронулась, ведомая големами, которые вышли из состояния покоя и медленно пошли вперёд.

На мгновение Гансельн задумался, глядя вслед удаляющемуся легендарному магу.

Во всём горном регионе Отшельник был героем народных сказок, на которых росли дети. Гансельн мог лично припомнить штук пятнадцать анекдотов и историй с его участием. Пять из которых явно были не для детских ушей.

Когда он спросил Берга, какие из них правдивы, дворф просто рассмеялся. Долго смеялся.

Само собой, Гансельн заинтересовался оригиналом. То же любопытство подтолкнуло их встречу два дня назад, и именно поэтому он в конечном итоге последовал за мужчиной в таверну.

Отшельник во плоти оказался совсем не таким, как в историях, но в то же время странным образом узнаваемым.

Истории рисовали Отшельника либо трагическим героем, израненным долгой жизнью, либо мрачным, отстранённым... ну, отшельником, который под маской недружелюбия всегда действовал с добрыми намерениями, даже если презирал, когда его беспокоили.

Даже встретив его... ну, Гансельн не мог пока назвать ни одну из версий ошибочной. Честно говоря, этот эльф всё ещё оставался загадкой. Его поведение и решимость казались практически непоколебимыми; его лицо словно было высечено из камня... удивляло лишь то, насколько оно было юным. Он знал, что Отшельник был эльфом, но ожидал, что эльфы перестают стареть, когда выглядят, ну, лет на двадцать пять-тридцать, а не как Альберт, который едва походил на юношу, только-только ставшего мужчиной.

Его короткий разговор с Бергом продемонстрировал, что эти двое хорошие друзья, знающие друг друга давно. Гансельн с трудом мог припомнить, когда его старый наставник в последний раз был так счастлив.

И всё же сам Отшельник оставался загадкой. Какую жизнь вёл бессмертный эльф, способный убить мифическое существо? Почему он покинул Штурмкам? Почему решил вернуться именно сейчас и построить, блин, магическую академию?

Столько вопросов, особенно касательно того, что Альберт планировал теперь, когда снова вернулся в горный хребет Доннергипфель.

Берг тоже был героем этих земель; он был известен не меньше, чем сам Отшельник, но главное отличие заключалось в том, что фигура Отшельника всегда была куда более таинственной и менее известной; в общем, практически всё в нём вызывало вопросы.

Именно поэтому, в конечном счёте, Гансельн решил, что в этот выходной он хоть раз потакает своему любопытству и попытается узнать фигуру из своего детства чуть лучше.

Поспешно он побежал за повозкой и, поравнявшись с ней, заговорил.

— Прошу прощения, Альберт, — мужчина повернул к нему лицо, и повозка почти мгновенно замедлилась. — Я подумал, что могу чуть помочь тебе и показать город. Для тебя многое должно было измениться, а я знаю город довольно хорошо.

Эльф на мгновение задумался, глядя на него, прежде чем встать, подвинуться и жестом пригласить его.

Не заставляя просить дважды, Гансельн легко запрыгнул на повозку и сел.

На козлах было немного тесновато вдвоём; сиденье явно проектировалось для одного.

— Спасибо. За помощь у ворот и за предложение показать город, — сказал маг, когда повозка возобновила движение.

Гансельн лишь покачал головой.