Была и одна эльфийка на «С», но я сомневался и в ней. Великая Волшебница Сери, насколько известно, основала Континентальную Магическую Ассоциацию уже после смерти Короля Демонов; нет причин ожидать, что она находится в Аубёрсте. То, что я переписываюсь с Сери, не было чем-то невозможным, но было крайне маловероятно: упоминалось, что она почти ни с кем не общается, учеников не берёт, и никто не знает, где она, – известно лишь, что её комната выглядит почти так же, как при жизни Фламме.

Аубёрста во времена Фламме не существовало, я проверял. Если только город не построили на месте её дома, я сомневаюсь, что переписка у меня идёт с ней.

В общем, исключено. Хотя тон письма оставался практически неизменным, я склонялся к мысли, что за эти годы переписывался с разными людьми. Поскольку мы вели разговор в основном в безличном ключе и договорились говорить лишь на научные темы, изредка касаясь философии, я не мог точно сказать, сменился ли мой собеседник.

Тот факт, что «С» использовал какой-то магический или механический инструмент для письма, тоже не помогал. Впрочем, я и сам не лучше, раз тоже использую зачарованное перо.

Я медленно высвободил немного маны и задумчиво начертил в воздухе искрящиеся линии.

Может, я и вправду поторопился? Обрадовался, что «C» согласился опубликовать мои магические исследования – Том I «Монстры и как они устроены»... и просто решил воспользоваться возможностью.

Может, стоило подождать, пока моё имя не обретёт более весомую академическую репутацию?

Нет, я так не думаю. В этом случае чем быстрее эти идеи увидят свет, тем быстрее они могут принести пользу. Достаточно, чтобы кто-то с нужным положением и навыками вдохновился и доказал хотя бы одну из них, и одного этого уже будет много.

Я пытался передать знания, которые могут изменить мир.

Инженерам и учёным, да. Но также и магам, которые смогут создавать заклинания, лучше понимая, как устроен мир.

Я тихо выдохнул, глянул вперёд и снова применил поисковое заклинание. Я поднял посох, представил точную дугу и наклон – и через миг вперёд устремилась огненная волна...

***

Небольшой костёр горел передо мной, пока я с головой ушёл в чтение.

Мои големы стояли рядом, оставаясь неподвижными и неактивными для экономии энергии, а Бегемот возвышался неподалёку от места ночлега.

Я забрался в такую глушь, что уже неделю не знал названия леса, по которому шёл.

Пожалуй, было самонадеянно путешествовать в самые холодные месяцы зимы, но мне уже не терпелось вернуться к полноценным исследованиям, а места, достаточно богатого свежими образцами, я ещё не нашёл...

Я замер.

Я почувствовал чьё-то приближение, ещё издалека. Не один, а группа. Не живые, а магические создания.

Я тотчас вскочил на ноги; в руке у меня материализовался посох.

Это... могло быть что угодно. Уверенности у меня не было.

Импульсом маны и усилием воли я заставил големов отодвинуть Бегемота подальше от возможного поля боя, а сам пошёл навстречу источникам маны.

Монстры в этих краях водились, но вели они себя не так, да и ощущались обычно иначе.

Сигнатуры не шли прямо ко мне; до визуального контакта оставалось ещё приличное расстояние, но... мне стало любопытно. Не думаю, что я когда-либо встречал что-то, что ощущалось бы вот так.

Я шёл вперёд размеренным шагом, мои сапоги мягко хрустели по снегу, намётенному между древними соснами. Лес здесь был нетронутым: ни зарубок на коре, ни расчищенных троп, ни единого признака, что человек заходил так глубоко в эту глушь.

По мере приближения магические сигнатуры становились яснее, и с ними приходила странная чёткость. Не хаотические эманации монстров, движимых инстинктами, и не сосредоточенное намерение кого-то разумного. Эти ощущались... упорядоченными. Методичными.

Почти как мои големы.

Я замер за стволом огромного дуба, достаточно широкого, чтобы полностью меня скрыть, и расширил своё магическое восприятие.

Семь отдельных источников, двигались строем сквозь деревья.

Я шагнул из-за дуба и увидел их.

Даже никогда прежде не встречая им подобных, я сразу понял, кто это. А как можно было не узнать?

Это была та самая печально известная нежить. Порождения некромантии.

Они двигались по заснеженному подлеску с удивительной грацией, на их голых костях не было ни следов гнили, ни повреждений. Скелеты сохраняли пропорции, которые имели при жизни: одни были высокими и широкоплечими, другие – более компактными, но все двигались очень плавно.

Хотя на их костях не осталось и следа плоти, я невольно замер, разглядывая мелкие трещинки и их очертания. Просто чтобы себя занять, я даже попытался на глаз определить их пол при жизни, ожидая, когда они меня заметят.

Кажется, у меня даже получалось, но скелеты меня по-прежнему не замечали, хотя я и не подавлял свою ману полностью. Впрочем, обнаружить мага, который не творит заклинаний, – это навык либо опытных магов, либо особо чувствительных монстров.

Полагаю, этого и следовало ожидать.

В конце концов, некромантию не зря считали в этом мире «големантией для бедных». Количество вместо качества – вот визитная карточка этой школы магии.