— Может быть, — пожал я плечами, передавая ей одну из чашек чая, потом поднял свою и сделал глоток. Чёрт, крепкий. Я покрупнее Тристана, но, может, эта штука и меня вырубит. Я повернул голову, морщась от травяного вкуса — и только тогда понял свою ошибку, когда Чарли ахнула.

— Рис, боже мой, что случилось с твоей челюстью?

Как только она задала вопрос, всё моё тело напряглось, и я будто снова оказался у себя дома — отец швыряет меня о стену. Плечи всё ещё болят от того, как он меня ударил. И хотя голос Чарли был мягким и заботливым, мне совсем не хотелось отвечать. Я хотел забыть, стереть это из памяти.

— Это... э-э... просто несчастный случай, — пробормотал я, хватая кружку. — Мне лучше пойти спать. Спокойной ночи.

— Рис, — сказала она с тревогой, но я не остался. Если бы она начала задавать ещё вопросы, мне пришлось бы либо лгать, либо рассказывать правду — а я ненавидел и то и другое.

Когда я вернулся в комнату, Дерек уже тихо посапывал. Я осушил чай в несколько больших глотков и молился о сне.

6. ЧАРЛИ

6. ЧАРЛИ

Чай не подействовал.

Или, может быть, я просто не могла перестать думать о Рисе — о том, как его лицо омрачилось, когда я спросила о его разбитой челюсти. Не нужно быть нейрохирургом, чтобы всё сложить воедино, особенно после того, что Дерек намекнул о его семье и как напряжённо Рис звучал по телефону, когда ему звонил отец.

Был ещё и тот факт, что он вдруг остался жить у моих кузенов на несколько недель из-за каких-то «ремонтных работ» в доме. Мне казалось, тётя и дядя знали правду о его отце и предложили ему пожить у них. Это лишь подтвердило, какие они добрые, сердечные люди. Но я всё равно волновалась за его мать. Где она? Всё ещё дома с его отцом или где-то в другом месте? Не представляю, чтобы Рис просто ушёл, если его отец действительно такой ужасный, каким я его себе вообразила.

Он упомянул мать только один раз, но в его голосе тогда звучали и нежность, и грусть. У меня сжималось сердце, когда я думала о том, в какой ситуации может оказаться их семья.

На следующее утро я спустилась вниз в поисках завтрака. Сразу заметила Риса — он сидел на краю длинного стола, в огромном худи. Теперь, когда я знала, куда смотреть, синяк на его челюсти невозможно было не заметить, и я удивлялась, почему никто больше не задал ему этот вопрос.

Я что-то упускаю?

С другой стороны, судя по тому, как он отреагировал вчера, возможно, все знали, что Рис не любит обсуждать личное, и просто обходили тему стороной.

— Чарли, иди ешь блинчики! — весело сказала тётя Джо. — Я приготовила столько, что хватит на целую армию.

Я поражалась, как она может быть такой собранной с самого утра. Я плохо спала, всё думала о Рисе, и теперь у меня были опухшие глаза и усталое лицо. Я снова посмотрела на него, думая, помог ли ему чай. Судя по его немного сонным глазам — вряд ли.

Рис сидел рядом с Дереком и тихо ел миску хлопьев. Он взглянул на меня всего один раз, потом снова уткнулся в еду. Неужели я расстроила его вчерашним вопросом? Может, мне стоило промолчать, как все остальные? Возможно, ему было стыдно. Понимаю, что он не хотел бы говорить об этом — особенно если его отец действительно сделал это.

У меня неприятно сжалось внутри. Чувство было странным, новым. Я не хотела представлять, каким человеком мог быть его отец. Конечно, есть шанс, что я всё неправильно поняла, но он казался мне ничтожно малым.

Взяв тарелку блинов и горсть черники, я села рядом с Нулой. Полила блинчики кленовым сиропом и налила себе кофе. Уже после первого глотка почувствовала, как просыпаюсь.

— Итак, какие у всех планы на день? — спросила тётя Джо, усаживаясь с чашечкой чая.

— В эти выходные день рождения у Эйдана, — первым ответил Тристан. — Мы помогаем ему устроить большую вечеринку. Будет эпично.

— О! Как здорово! — воскликнула тётя Джо. — Я даже не знала, что у него скоро день рождения. Куплю ему открытку.

— А нас с Чарли пригласили на вечеринку? — спросила Нула, наливая себе апельсиновый сок.

— Конечно, — ответил Тристан, а Дерек одновременно сказал: — Определённо нет.

— Почему? — возмутилась Нула, глядя на брата щенячьими глазами. — Я ведь тоже дружу с Эйданом.

— Не слушай брата, — вмешалась тётя Джо. — Конечно, вы можете пойти. Нет ни одной причины, по которой Нула и Чарли не должны быть приглашены… если только там не запланировано что-то неподходящее для них. — Тётя бросила на сына проницательный взгляд.

Дерек пожал плечами, нахмурившись.

— Ты же знаешь, какой Эйдан. Вечеринка будет шумная. Я просто не хочу, чтобы девчонки оказались втянуты во всё это.

— Мы справимся, — сказала я, приподняв бровь и встретившись с ним взглядом. Обычно я не фанат вечеринок, но меня задело, как он пытался нас исключить. К тому же Нула выглядела взволнованной, и я хотела, чтобы у неё была возможность повеселиться — её друзья ведь от неё отдалились.

Он тяжело вздохнул.

— Ладно. Только потом не жалуйтесь, если всё закончится плохо.

Тётя Джо встала и положила руку ему на плечо. — Не будь таким пессимистом. Девочки будут в порядке.