Вдруг в глаза бросилось пятно розового цвета — вошла бабушка Нокса, в простых брюках и кардигане. Я чуть приоткрыла рот: никогда раньше не видела её ни в чём, кроме формы из закусочной или чего-то откровенно экстравагантного.

— Ты же не думала, что я позволю тебе сидеть здесь одной? — сказала она, усаживаясь рядом и перехватывая на коленях свою ярко-зелёную сумку.

— Спасибо, — выдохнула я, чувствуя, как дрожит дыхание.

— Нокс любит этих мальчишек, — она слегка подтолкнула меня плечом, напомнив жестом самого Нокса. — И тебя он тоже любит.

Я не стала её поправлять.

— Держу пари, он сейчас кроет Спенсера последними словами за то, что тот не отпустил его с пожара, — продолжила она.

— Откуда вы знаете?

Она отмахнулась: — Эмерсон сказала своей маме, а Марла заглянула утром в закусочную. Так я и узнала, что ты здесь. — Она посмотрела прямо на меня. — Тебе следовало позвонить мне, Харпер.

— Не хотела вас волновать. Глупая отговорка, знаю.

К тому же, чем больше я рассказывала, тем реальнее всё становилось.

— Я всегда волнуюсь. Это моя должность.

Телефон завибрировал, и я вздрогнула.

Нокс: Только что вернулась связь.

Нокс: Опоздаю на несколько часов, но уже еду.

С плеч будто сняли десятитысячный груз. Я могла пережить всё, что ждало впереди, если он возвращался домой.

Харпер: Слава Богу. Жду не дождусь увидеть тебя.

Нокс: Лечу в Ганнисон. Напишу, как приземлимся.

— Харпер? — подошла Эллиот. — Нам пора.

— Конечно, — ответила я, на автомате разглаживая юбку, старая привычка, когда нервничаю.

— Телефон лучше выключи, прежде чем войдём. Судья Стоун страшно злится на звонки, помнишь, — напомнила Эллиот.

— Он злится на многое, — буркнула бабушка. — И я иду с ней.

Я быстро набрала сообщение:

Харпер: Захожу в суд. Люблю тебя.

Выключила телефон и сунула его в сумку. Уголки губ дрогнули, когда я заметила любимую машинку Лиама — пожарную. Пришлось отобрать её прямо перед школой утром.

— Готова? — спросила бабушка.

— Нет, — улыбнулась я и покачала головой. — Но мы всё равно это сделаем.

Эллиот провела нас внутрь и усадила на ряд позади юриста Департамент соцзащиты округа, Эвана Бакстера. Рядом с ним устроилась Эллиот, а Фейт, опекун мальчиков, села за соседний стол.

Заседание началось как в тумане. Всё моё внимание было приковано к Нолану Кларку.

Среднего роста, тёмные волосы чуть вились на концах — точь-в-точь как у Лиама. Такой же нос, возможно, и линия подбородка тоже, но с этого ракурса я видела лишь профиль. Мы не пересекались много лет, и тот долговязый мальчишка, которого я помнила, заметно возмужал. Он выглядел здоровым. Это ведь хороший знак, правда?

Ричард сказал что-то с кафедры, и Нолан поднялся, оставив стул отодвинутым, и направился к свидетельскому месту. Его привели к присяге, он сел и назвал своё имя, когда его об этом попросили.

— И для протокола, — уточнил Эван, — вы можете назвать имена и даты рождения несовершеннолетних детей, о которых пойдёт речь?

Нолан наклонился к микрофону. — Да. День рождения Лиама Нолана Кларка шестнадцатого января, а Джеймса… Тео… Кларка… — он нахмурился. — Кажется, у Джеймса день рождения первого августа?

Сердце провалилось. И, наверное, это отразилось на лице, потому что рука бабушки легла поверх моей, сжав её в поддержку.

Это был не день рождения Джеймса.

Эван слегка склонил голову, но поправлять Нолана не стал. — Можете рассказать, что вы сделали для подготовки к получению полной опеки над своими сыновьями?

Как, чёрт возьми, можно не знать день рождения собственного ребёнка? Злость и недоумение боролись во мне за первенство.

— Конечно, — ответил он, поёрзал на месте и потянул за ворот клетчатой рубашки. — Я арендовал квартиру на три года, потому что считал, что для мальчиков будет лучше оставаться в привычной обстановке.

Из первых рядов последовали одобрительные кивки.

— Устроился в бригаду к Райану Коултеру на стройку. Работа хорошо оплачивается, и он сказал, что сможет подстроить график, если мне понадобится забирать детей или что-то ещё. — Его взгляд на мгновение скользнул ко мне, но тут же опустился.

Как два человека могут любить одних и тех же детей с такой яростью и при этом оставаться полными чужаками?

— Квартира готова, я знаю их расписание.

Но он даже не знал день рождения Джеймса. Нокс бы взбесился.

Почему ты так зациклилась на этом?

— И вы чувствуете, что полностью готовы и намерены заботиться о несовершеннолетних детях? — уточнил Эван.

— Да, — Нолан энергично кивнул.

— И что помешало вам прийти за ними сразу после смерти их матери?

В точку.

Нолан сглотнул и нервно посмотрел сначала на Ричарда, потом на меня.

— Я… — он прокашлялся и начал снова: — Я оставил Лизу, их мать, в тяжёлом положении. Я это понимаю. Мне и самому не нравится вспоминать. А когда узнал, что она умерла… Я не был уверен, что смогу стать для мальчиков тем, кем нужно. В какой-то момент подумал, что, может быть, им лучше там, где они есть.