Иллюстрация к 7 главе

Глава 8. Представление начинается

Рафал

Город Оринт напоминал муравейник, в который кто-то щедро плеснул дешевых духов, чтобы скрыть запах немытых тел и безнадежности. Для моего носа это амбре ощущалось сродни пытке, но сегодня я был готов простить этому городу даже его вонь.

Я вошел в холл арендованного особняка, насвистывая какой-то вульгарный мотивчик, услышанный в таверне. Настроение было великолепным. Просто праздничным.

Из тени, шурша парчой, выплыл Эдвин. Мой верный помощник, работающий на меня уже более тридцати лет, выглядел так, будто его только что приговорили к казни через повешение, но заставили перед этим надеть костюм шута. Тот самый нелепый, расшитый золотом камзол, в который я вынудил его облачиться, чтобы он мог убедительно играть роль лорда, сидел на нем, как седло на корове, и причинял моему старому другу почти физические страдания.

— Вы вернулись, — загробным голосом произнес он. — И вы... свистите?

Он подозрительно прищурился, оглядывая меня с ног до головы.

— Уже успели отужинать каким-нибудь глупцом, посмевшим перейти вам дорогу, милорд? И, ради Древних, скажите, что вы не принесли остатки трапезы с собой. Ковры в этом доме и так ужасны, кровь их не украсит.

Я рассмеялся, швыряя перчатки ему в грудь. Эдвин поймал их с ловкостью, достойной лучшего жонглера королевства.

— О, Эдвин, твой оптимизм меня вдохновляет. Но нет. Сегодня без жертв. По крайней мере, летальных. Вина мне налей. И побыстрее, пока я не умер от жажды в этом пыльном склепе.

Я прошел в гостиную и рухнул в кресло, закинув ноги на низкий столик — жест, от которого у Эдвина обычно дергался глаз. Сегодня дергались оба.

— Вы в слишком хорошем настроении для того, кто полдня был вынужден терпеть эту толпу, — он с сочувствием кивнул в сторону окна, прекрасно зная мое отношение к людским сборищам.

— А ты в слишком плохом для того, кто изображает знатного лорда, — парировал я, принимая бокал. — Кстати, тебе идет этот цвет. Напоминаешь переспелую тыкву в золоченом напылении.

Эдвин страдальчески закатил глаза.

— Издевайтесь, милорд. Издевайтесь. Я терплю этот маскарад только ради будущего вашего рода. Кстати, как... разведка? Удалось взглянуть на город?

— К черту город, — сделав большой глоток, поморщился от вкуса местного пойла. — Я видел её.

Повисла пауза. Эдвин замер с графином в руке, напоминая соляной столб.

— Леди Вайрон? — прошептал он с благоговением. — Вы уверены?

— Думаешь, я не способен узнать человечку с портрета? К тому же… Белые волосы, — я лениво покрутил кистью, играя жидкостью в бокале. — Абсолютно белые. Как снег на перевале Скорби. Такое сложно подделать, мой друг.

— Она подходит?

— Сложно сказать… Похоже, на ней есть метка. Но я не могу быть уверен до конца, пока не прикоснусь к ней. А еще лучше — пока не почувствую зов её крови. Только тогда станет ясно, выдержит ли тело девчонки наследника дракона. Но пока... будем считать, что потенциальная кандидатура найдена. Можно открывать игристое вино. Или что там пьют на человеческих свадьбах?

— Слава Небесам, — Эдвин рухнул в кресло напротив, забыв о субординации. — Значит, есть надежда, что она подойдет. И как она? Портрет был... ну, вы помните. Весьма нестандартным.

Я хмыкнул, вызывая в памяти образ сегодняшней встречи.

— Нестандартным? Я бы сказал — колоритным. Она далека от ваших стандартов красоты, Эдвин. Никакой чахоточной бледности и талии, которую можно переломить чихом. Там есть за что подержаться и на что посмотреть. Но знаешь, что самое восхитительное? — я подался вперед, и мои глаза хищно блеснули. — Эта девица сумасшедшая. В самом прекрасном смысле слова.

— Что вы имеете в виду? — напрягся помощник.

— Я встретил её на рынке. Какой-то тощий карманник решил, что я похож на легкую добычу, и полез за моим кошелем. Пришлось немного встряхнуть наглеца. Думал, просто выдерну ему пару пальцев — чисто в воспитательных целях. И тут… — не сдержал смешка. — На меня налетела эта разъяренная зефирка. Выскочила из толпы, встала между мной и воришкой, раскинула руки, как курица, защищающая цыпленка. Глаза горят, щеки красные, сама дрожит от ужаса, но стоит насмерть.

— Леди Вайрон защищала вора? — Эдвин выглядел так, будто я начал говорить на древнеэльфийском.