Лампа была увесистая. Сейчас даже не знаю, как мне удалось схватить ее одной рукой.

9

Мне даже страшно думать, чем это все может закончиться.

С одной стороны стараюсь отбросить волнение. Все же Хазаров давно занимается боями без правил. Он привык к травмам. Достаточно вспомнить тот чудовищный бой, который я наблюдала лично. Ну не могла же я ударить его сильнее, чем кто-то из бойцов. У меня бы чисто физически не получилось. Значит, все с ним будет в порядке.

Но потом мне вспоминается случай в школе. Тогда одному мальчику сильно заехали по голове, и ему не сразу стало плохо. Зато после началось такое, что вспоминать страшно.

Вдруг и у Хазарова так будет?

Конечно, это была самозащита. Но если что-то серьезное, то…

Качаю головой. Безотчетно стараюсь отогнать лишние мысли. Нет сил. Без того уже который день на нервах.

Выхожу из ванной, решаю заварить чай. Хотя мне бы лучше на пары вернуться. Слишком много пропускаю по учебе. Но какие пары сейчас? Меня всю шатает. Прикладываю усилие воли, только бы не думать о том, что происходило между мной и Хазаровым совсем недавно.

Как теперь на парты смотреть? Спокойно находиться в лекционном зале? Не представляю.

Понимаю, что это мое состояние. Надо успокоиться.

Дверь открывается, практически заставляя меня подскочить на месте.

Поворачиваюсь и вижу, что в комнату заходит Ася. Вид у нее рассеянный, но глянув на меня, она хмурится и спрашивает:

— Маш, ты в порядке?

— Да, — киваю, сделав над собой очередное усилие, стараюсь улыбнуться. — А ты как? Ты разве не должна быть на парах сейчас?

— Нет. У меня как раз свободное время, — отвечает она, покачав головой. — Знаешь, я сейчас говорила с ректором. Ну по поводу идеи про смену факультета.

— Спасибо, Ась.

— Не за что благодарить, — вздыхает она. — Ничего не выйдет. Он вообще отказался это со мной обсуждать. Оказывается, после отчисления Марата часть первокурсников, которые хотели уйти, вернулись обратно. Теперь никакого перекоса в распределении нет. Единственное, что ректор сказал мне, это ты сама должна к нему напрямую обратиться, если хочешь обсудить какой-то вопрос.

— Я поняла, — говорю тихо. — Все равно спасибо.

А сама думаю только о том, чтобы Ася не обратила внимание на то, как сильно у меня сейчас руки дрожат.

Да кажется, весь мой вид выдает меня с головой. Потому что она продолжает внимательно смотреть на мое лицо. Даже мелькает мысль, что я не до конца смыла кровь с лица. Невольно провожу пальцами по щеке. Нет, все нормально. Я столько стояла под струями душа. Но…

— Разве сегодня была физра? — спрашивает Ася.

В тот же момент, когда понимаю, что у меня мокрая голова. И это выглядит странно. Мыть голову посреди дня, когда у меня пары.

— Я испачкалась, — говорю первое, что пришло на ум. — Дурацкая ситуация. Не важно.

— Понятно, — медленно кивает Ася. — Слушай, тебе надо и правда попробовать.

— Что? — растерянно, ведь мысли опять совсем о другом.

— Поговорить с ректором. Хотя бы попробуй. Он должен понять, что тебе нельзя быть вместе с Булатом на одном факультете.

Особенно учитывая тот факт, что я дала против него показания.

Но Ася об этом не знает. И лучше ей не знать ничего. У нее своих трудностей хватает, а тут еще я со своими проблемами.

— Маш, ты меня слышишь?

— Да, я попробую поговорить, — отвечаю тихо. — Вся надежда на ректора.

10

Привожу себя в порядок, как раз начинается большой перерыв, и я могу зайти в администрацию. Попробую договориться о встрече с ректором.

К моему удивлению, свободное время находится намного быстрее, чем я ожидала.

— Ректор сможет принять вас сегодня, — говорит секретарь. — В шесть вечера. Когда у вас заканчиваются пары?

— В пять.

— Тогда приходите. Можете даже пораньше подойти. Если он освободится до назначенного времени, то примет вас быстрее.

— Хорошо, спасибо большое, — киваю.

Выхожу из приемной, а навстречу мне идут два старшекурсника в форме Южного факультета, и я невольно сжимаюсь в комок от напряжения. Но те двое просто проходят мимо, увлеченные своим разговором.

— Где Хазаров? Он же вернулся, — бросает один из них.

— Да, но на парах его не видно.

— Странно. И тренировку сегодня пропустил. Ты вообще, помнишь, чтобы он хоть раз пропускал тренировку?

— Нет, такого не помню. А у тебя что-то срочное к нему?

— Есть одна тема.

Они удаляются, и я тоже механически продолжаю идти вперед.

Хазарова не было на парах. И на тренировках. Академия — не то место, где можно вот так просто что-нибудь закосить без последствий.

Хотя я сама сегодня пропустила важную лекцию. За это еще предстоит ответить.

Даже на паре слова старшекурсников не выходят из головы.

А что если Хазаров пропустил тренировку не без причины? Что если ему стало плохо? Вдруг это из-за удара по голове? Что если ему плохо? Такого не желаю. Беспокойство не отпускает.