» Любовные романы » » Читать онлайн
Страница 102 из 144 Настройки

— Что ж, — говорю я. — Это, конечно, больше людей, чем я привыкла.

Прежде чем он успевает ответить, снизу звонит колокол, его первый великий удар разносится по долине с такой силой, что обжигающая боль пронзает мой череп. Я вздрагиваю в седле, пугая свою кобылу в боковой шаг, и едва успеваю её успокоить, прежде чем к первому присоединяется ещё один колокол. Звон набухает в оглушительный металлический гам, каждый удар посылает свежую боль через мою голову, пока зубы не начинают ныть, а мозг не кажется супом.

— Христос Всемогущий! — шиплю я. — Обязательно им быть такими чертовски громкими?

— Колокола? — спрашивает Искайрн, поворачивая маску ко мне.

— Нет, птицы! Да, чёртовы колокола, Искайрн! О чём ещё я могу говорить? — огрызаюсь я, дёргая поводья так резко, что моя кобыла шарахается подо мной. — Обязательно задавать такие глупые вопросы, когда мой череп, кажется, раздавливают изнутри? Или сидеть там, будучи спокойным, невозмутимым мудаком, — твоё любимое времяпрепровождение?

Искайрн даже не вздрагивает. Он лишь наклоняет голову, что только раздражает меня сильнее, но прежде чем я успеваю сказать что-то ещё, очередной великий звон катится по долине. Боль такая яростная, что я складываюсь вперёд в седле, прижимая обе ладони к вискам, пока звон разрывает мой череп. Зубы ноют, глаза слезятся, и всё, что я могу, — сидеть там с опущенной головой, желая, чтобы кто-нибудь забрался в те башни и перерезал верёвки.

— Ради чумы, — стону я, яростно растирая лоб.

Боль постепенно стихает достаточно, чтобы я выпрямилась в седле, где обнаруживаю, что Искайрн всё ещё ждёт рядом со мной. И теперь я чувствую себя полной задницей. Он провёл всё утро, убеждаясь, что я достаточно поела, слушая, как я ною обо всём, от погоды до состояния собственного чёртова тела, и что я сделала взамен? Огрызнулась на него за то, что он спросил, не нужно ли мне отдохнуть, фыркала каждый раз, когда он предлагал остановиться, а теперь я практически оторвала ему голову за вопрос.

Бедняга даже рта не может открыть, чтобы я не нашла, на что пожаловаться.

— Прости, — бормочу я. — Это было ужасно с моей стороны. Ты ничего не сделал не так, а я срываюсь на тебе. Я просто хочу, чтобы они остановились.

— Я знаю, — говорит он мягко. — И я знаю, что ты не стала бы так со мной говорить, если бы не страдала.

Я почти предпочла бы, чтобы он меня отчитал.

Голод подкрадывался обратно с тех пор, как мы покинули Эддингем, и это совсем не похоже на боль в желудке. Нет урчащего живота, который можно успокоить куском хлеба, только ужасная пустота под моими рёбрами, которая постепенно пробралась в мои кости, оставив мне драгоценно мало терпения хоть для чего-нибудь. Даже ветер, дёргающий мой плащ, достаточен, чтобы мне захотелось кричать, и зрение тоже подводит. Каждые несколько морганий весь мир мерцает синим, прежде чем вернуться на место, будто что-то внутри меня изо всех сил старается не отставать.

Отблеск души, который он дал мне в Эддингеме, явно исчерпал себя.

Искайрн поворачивает своего коня к дороге, и я следую за ним вниз по гребню, пока колокола постепенно не стихают. Тропа крутая и сильно разбита проезжающими телегами, и после того, как моя кобыла поскальзывается в третий раз, с меня довольно.

— Я слезаю, — объявляю я, направляя её к обочине. — Я лучше пойду пешком, чем окажусь у подножия этого холма на заднице.

Искайрн спешивается и подходит помочь мне, ловя меня за талию, когда я перекидываю ногу через седло. Он опускает меня на дорогу, забирает поводья из моей руки, и мы продолжаем путь к Йорку пешком.

Дорога становится оживлённее, когда мы приближаемся к стенам, путешественники протискиваются между телегами, а торговцы срывают голоса, чтобы проехать. Парень с огромным мешком на плече врезается в женщину с корзиной яиц, почти отправляя всё в грязь, и спор, который следует, всё ещё кипит, когда мы достигаем надвратной башни.

Мне приходится повернуться боком, чтобы протиснуться между двумя ожидающими телегами, хватая плащ Искайрна, прежде чем толпа уносит меня в неверном направлении. Должно быть, больше людей пытаются пройти через эту огромную каменную арку, чем жило в Бесвике до заразы, и судя по тому, как они все кричат друг на друга, ни один из них не знает, как ждать своей очереди.

Возница телеги позади нас начинает реветь, чтобы все двигались, и человек впереди оборачивается, чтобы высказать ему своё мнение, только чтобы заметить Искайрна, стоящего позади него. Его лицо теряет цвет, и он так сильно толкает своего спутника, что они почти отправляют женщину с корзиной репы в грязь.

В течение мгновений перед нами открывается узкая тропа, люди отступают в сторону, пока Искайрн ведёт лошадей под аркой. Некоторые крестятся, и я быстро прячу почерневшие пальцы под плащом, не имея желания давать кому-либо ещё один повод начать молиться.