Если не считать редких неловких столкновений в коридоре, я его не видела. Сегодня утром его нет дома. Я наблюдала из кухонного окна, как он надел кожаную куртку и оседлал мотоцикл. Вид Романа в шлеме сотворил с моими внутренностями нечто совершенно непристойное, и вскоре я ненадолго навестила любимую подушку. Правда, в последнее время она уже не помогает как следует унять зуд.

Я разглядываю свои комнатные растения, гадая, переливаю я их или, наоборот, недоливаю, когда телефон вибрирует.

Роман.

От одного его имени на экране у меня в животе словно переворачивается яичница. Однажды, в минуту помешательства, я подсунула ему под дверь свой номер с бессвязной запиской о том, что это на случай чрезвычайной ситуации. Он прислал в ответ поднятый большой палец и короткое «Ясно. Роман». Не самое захватывающее начало переписки.

 

Тебе лучше присесть.

 

Я и так распласталась на диване, словно героиня викторианской драмы.

Поздновато.

Телефон снова вибрирует.

 

Прости, если ты хотела узнать об этом как-то иначе. Меня понесло.

 

Мой палец замирает над ссылкой, появившейся под сообщением.

Что же он натворил? Продал нашу историю газетам? Или какому-нибудь подкасту о преступлениях, где только и ждут кровавых подробностей? Господи, надеюсь, нет.

Но не нажать на ссылку я не могу. Как будто во мне есть хоть капля самообладания.

Нажимаю.

Страница загружается, и на меня обрушивается целая россыпь заголовков. И множество фотографий Романа. На которых он выглядит просто восхитительно, должна признать.

 

Самый известный холостяк-аскет интернета признался, что влюблён

 

«Всё было ложью»: блогер шокировал миллионы подписчиков признанием

 

Кто эта женщина, изменившая всё?

 

Господи, только бы они не начали меня искать. Наша семья предпочитает держаться подальше от прессы.

Вторая моя мысль: Роман, ну ты и придурок.

Прочитав несколько совершенно диких пересказов его истории, я перехожу на его страницу. Наверху закреплено новое видео. И да, я настолько хорошо знаю все его ролики, что сразу замечаю незнакомый. Можете подавать на меня в суд: девушке ведь нужно где-то добывать материал для грустной одинокой дрочки. Никакого сенсационного заголовка, никакой обложки с его великолепным прессом (жаль), которая заманивала бы зрителей. А просмотров уже больше двух миллионов.

Он сидит на диване, выглядит слегка помятым, но от этого ничуть не менее любимым. Волосы растрёпаны, а на челюсти ещё виднеется едва заметная желтизна синяка, если знать, куда смотреть.

Нажимаю «Воспроизвести».

— Привет, — говорит он, и я тут же прикусываю губу, потому что слышу его. Не раскрученный образ, который он изображает в интернете, а настоящего Романа.

— Не очень понимаю, с чего начать… Но хочу, чтобы вы все знали: я не тот, за кого себя выдавал.

Я потею куда сильнее, чем он, чёрт побери.

— Я построил свою жизнь вокруг одной идеи, — продолжает он, проводя ладонью по тёмным волосам. — Что дистанция — это дисциплина, а одиночество делает нас сильнее. Что любовь… для тех, кто ничего не понимает.

Ты был лживым мудаком. Но хотя бы горячим.

— Долгое время я верил, что это правда. Пока не перестал.

Я шумно прихлёбываю чай, не отрывая взгляда от экрана.

— Одиночество — не повод для гордости, а я пытался спрятать за ним разбитое сердце. Мои взгляды на культ воздержания, который я помог создать в интернете, изменились. Если они вообще когда-нибудь были искренними. Пока я призывал столько людей отказаться от близости ради сосредоточенности, я вам всем лгал. Я знакомился в барах с такими же одинокими женщинами, как я сам, и на одну ночь забывался в их объятиях. Всегда только на одну ночь.

Меня кольнула ревность, хотя я понимаю, насколько это глупо.

— Я внушил себе, что недостоин любви. Что безопаснее притворяться, будто она мне не нужна. Поэтому прятался за этим образом. Всё было ложью.

Что он творит? Он же сам себя подставляет под удар.

— А потом я кое-кого встретил.

Я краснею, хотя во всём мире нет ни души, которая могла бы меня увидеть.

— Она потрясающая. Очаровательная и совершенно непредсказуемая.

Он что, публично признаётся в чувствах ко мне? Поверить не могу.

— После знакомства с ней я больше не могу убеждать вас, что такая жизнь, — он неопределённо машет рукой, — достойна подражания. Это не так. По крайней мере, не по тем причинам, по которым большинство из вас сюда пришло. И уж точно не в том ядовитом виде, в каком интернет бурлит и навязывает людям идеи, которым там не место.

По щекам текут слёзы. Не могу поверить собственным ушам.

— Я считал, что не заслуживаю ничего большего, — говорит он. — Но ошибался.