— Нет. То есть да. В каком-то смысле, — запинаюсь я под его тяжёлым взглядом. Одно дело — прятаться у него в шкафу, и совсем другое — оказаться в центре его внимания.

— Ты звонила управляющему? У него есть запасные ключи. Обычно он приезжает в течение часа.

— Телефон остался внутри.

Губы Романа изгибаются в улыбке. Пугает меня не сама улыбка, а то, как от неё подкашиваются колени.

Ты не должна западать на него, Мэгги. Он всего лишь пешка.

— Держи, — говорит Роман, достаёт телефон, разблокирует и протягивает мне.

Я осторожно держу телефон, словно бомбу с часовым механизмом. Какие ещё тайны он хранит помимо тех, до которых я уже добралась? Чего бы я только не отдала за час, чтобы вдоволь в нём покопаться. Знание — сила, и мне понадобится вся сила, до которой дотянутся мои загребущие ручонки, чтобы шантажом заставить этого верзилу ростом за метр восемьдесят делать всё, что мне хочется.

А хочется тебе вскарабкаться на него, как на дерево.

Нет. Не в этом смысле. Мне нужно, чтобы под давлением обстоятельств он вёл себя как настоящий джентльмен.

— Прости, — говорит он, забирая телефон и быстро листая экран. — Вот нужный номер.

Когда он снова вкладывает телефон мне в руку, его пальцы задевают мои, и от этого единственного прикосновения мозг будто коротит. У меня перехватывает дыхание, я встречаюсь с ним взглядом, и на секунду тону в фантазии: он хватает меня за шею и целует с той же яростной жадностью, с какой я видела, он целует других. Чистое, бессмысленное желание.

Это просто гормоны, — убеждаю я себя. Наверное, овуляция. Твоё тело поддаётся первобытным инстинктам при виде мускулистого, блестящего от пота мужчины. Этот лицемерный тип тебе совершенно не нужен.

Прокашлявшись, я звоню управляющему. После двух минут ворчания он соглашается заехать по дороге из паба.

Я возвращаю телефон Роману и сажусь на нижнюю ступеньку лестницы, готовясь ждать.

— Хочешь подождать у меня? — спрашивает он.

— Нет, всё нормально. Ты и так уже помог.

Мне не нужно, чтобы он был добрым ко мне. Так будет только сложнее сделать то, что я должна.

— Да брось. Нечего сидеть на холоде. Пойдём.

Роман протягивает руку и поднимает меня на ноги.

Я заливаюсь краской, следуя за ним в квартиру. Кутаюсь в пальто и присаживаюсь на самый край диванной подушки. Оказаться в его безупречной холостяцкой квартире было неловко даже тогда, когда я пробралась сюда тайком. А уж теперь, в его присутствии, чувствую себя совершенно не к месту.

 Женщины, которые обычно бывают у него дома, всегда безупречно выглядят, а я тут словно неряха, которая только и умеет пачкать всё вокруг. Растрёпанные волосы, мешковатая старая одежда.

Взгляд Романа задерживается на мне слишком долго, и я неловко ёрзаю под этим вниманием. Он что, боится, что я оставлю пятно на его идеальном диване?

— Я быстро в душ. Пульт вон там, можешь что-нибудь посмотреть, пока ждёшь.

Через несколько минут я сижу перед телевизором и совершенно точно не смотрю повтор какой-то передачи, прислушиваясь к шуму душа в соседней комнате. Как тут на чём-то сосредоточиться, если Роман голый, всего за одной дверью от меня? От одной мысли меня бросает в жар.

Интересно, вода стекает маленькими ручейками по его прессу, который я столько раз видела в соцсетях? Господи, я бы с удовольствием их слизала.

Черт.

Черт.

Черт.

Он придурок. Лицемер, который несёт в интернете идиотскую чушь, а сам спит с женщинами направо и налево.

Ты ослеплена его внешностью и не замечаешь, какой он мудак внутри. Будь выше этого.

Когда он выходит из ванной в одном полотенце, от вида его пресса и груди у меня окончательно отключается мозг. По загорелой коже рассыпаны капельки воды. Я пропала.

Господи боже. Что бы я отдала за полчаса на этом аттракционе. Правда, пришлось бы заткнуть его лживый рот, но оно того стоило бы.

Я поспешно отвожу взгляд к телевизору, изо всех сил стараясь не пялиться, пока он идёт на кухню, берёт две бутылки воды и протягивает одну мне.

Вместо «спасибо» у меня вырывается невнятное бормотание. Внутренний голос неодобрительно цокает. Позорище.

А вчера ночью, когда ты фантазировала, как скачешь на нём, как на пружинной игрушке, тебе это позорищем не казалось.

Он исчезает в спальне, жадно отпивая воду и выглядя как парень из рекламы диетической колы. А у меня внутри словно происходит ядерный взрыв.

Мне нужно отсюда уйти.

Через пару минут стук в дверь заставляет меня вскочить. Роман натягивает футболку, позволяя мне ещё раз украдкой полюбоваться его великолепным животом, и открывает дверь.

На пороге стоит Тим, управляющий домом, с таким лицом, будто я только что пнула его по голени.

— Ну, пойдём открывать твою дверь, — бурчит он.

— Спасибо, — говорю я Роману, проходя мимо. — Я позже закажу еду навынос. Может, взять что-нибудь и тебе в благодарность?