— Поняла. — Она нажимает несколько кнопок на экране, а я протягиваю деньги. Бросив сдачу в банку для чаевых, я иду занимать уютный столик в углу, чтобы немного порисовать.

Через пару минут напиток готов. Я забираю его и устраиваюсь поудобнее в кресле. Открыв альбом на последней работе — выполненном пером и тушью портрете Вонтона, который надеюсь подарить Иззи на Рождество, — принимаюсь рисовать.

Есть что-то особенное в рисовании — да и в живописи тоже, — что заставляет меня забыть о времени. Я часто с головой ухожу в работу, и окружающий мир словно перестаёт существовать. Когда я возвращаюсь в реальность, остатки мокко в чашке уже успевают остыть. В кофейню входит шумная компания парней, ведущих себя вызывающе громко. По глупости я не взяла с собой наушники, поэтому не могу отгородиться от их голосов. А ведь до этого момента я наслаждалась спокойной атмосферой кофейни и звучащей фоном праздничной музыкой.

Раздраженная, я прищуриваюсь, глядя на четверых парней. И тут меня внезапно охватывает чувство узнавания. Я точно не могу их знать, но что-то в них заставляет память смутно отозваться. Хотя, возможно, дело просто в том, что они примерно того же возраста, что и Рид.

Решив не обращать на них внимания, я изо всех сил стараюсь сосредоточиться на прорисовке деталей носа Вонтона.

Компания отходит в сторону, поближе ко мне, в ожидании заказа. Один из парней продолжает болтать с бариста — той самой девушкой, что принимала мой заказ, — и её щёки розовеют в ответ на его слова.

— Эй, — окликает меня другой. — Ты кажешься знакомой. Мы где-то встречались?

Я качаю головой:

— Нет, не думаю. Извините. — Я опускаю взгляд на альбом, подумывая о том, чтобы собраться и уйти. Если эти парни собираются здесь торчать, поработать мне больше не удастся.

— Точно. — Он щёлкает пальцами. — Кажется, я тебя знаю.

Я снова поднимаю глаза, хмурясь:

— Простите, но нет. Я переехала сюда совсем недавно.

— Нет. — Он проводит пальцами по губам. — Я тебя где-то видел. Эй, Джастин, — зовет он парня, который флиртует с бариста, — тебе эта девушка не кажется знакомой?

Джастин — полагаю, это он — отходит от девушки, с которой только что флиртовал. Он внимательно меня рассматривает, а следом начинают глазеть и остальные. Чудесно. Чувствую себя букашкой под микроскопом.

— Ага, — говорит Джастин.

Закатив глаза и чувствуя себя крайне неловко, я закрываю альбом и запихиваю вещи в сумку.

— Мне пора, — говорю я, резко вскакивая на ноги. Я хватаю свой стаканчик и делаю шаг к мусорному баку.

— Ты была в «Понедельнике», — говорит Джастин. — Ты та девчонка, которую Рид увёз к себе.

У меня всё внутри обрывается.

Вот дерьмо.

— Знал же, что где-то тебя видел, — вставляет первый парень.

Лицо вспыхивает под их пристальными взглядами.

— Э-э… мне пора.

Они расступаются, и я, семеня, спешу к машине по обледенелому тротуару. Проклятая гололедица.

— Виа!

Мои плечи напрягаются, когда я слышу своё имя.

Чёрт. Я почти ушла — уже взялась за ручку водительской двери и всё такое. В другой руке у меня всё ещё стаканчик: в спешке я забыла выбросить его в урну.

Обернувшись, я вижу Джастина: он стоит у входа в кофейню, засунув руки в карманы джинсов. Несмотря на лютый холод, на нём плотная чёрная толстовка с логотипом на груди и шапка, низко надвинутая на уши.

— Ты ему правда нравишься.

Сердце ёкает в груди; я смотрю на него во все глаза, беззвучно открывая и закрывая рот, словно рыба.

Он пожимает плечами.

— Просто подумал, что тебе стоит знать. — Джастин поворачивается и берётся за дверную ручку, но перед тем, как войти, снова смотрит на меня. — Он хороший парень и многое пережил. — Его мама. — Не делай ему больно. Сейчас Рид счастлив как никогда, и, по-моему, это благодаря тебе.

Сказав это на прощание, Джастин уходит внутрь, а я снова сажусь в машину.

Я сижу какое-то время, не зная, как осмыслить его слова. Впрочем, вскоре приходится завести двигатель, чтобы согреться. Прибавив громкость радио, чтобы заглушить собственные мысли, я еду домой.

ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

РИД

Я стучусь в дверь Большого Дэна, и когда изнутри доносится его хриплое «Заходи», я подчиняюсь.

Я откладывал этот разговор, потому что почти уверен, что знаю, что он скажет. И всё же мне нужно поговорить. Я не могу продолжать работать неполный день и оплачивать все свои счета. Если мне придётся искать работу на полную ставку в другом месте, то чем раньше я узнаю об этом, тем лучше.

— Привет, парень. — Он жестом предлагает мне сесть на диван напротив стола. Дешёвый кожзам обивки порван в нескольких местах, и я почти уверен, что подо мной одна из прорех расползается ещё сильнее. — Извини, что давно с тобой не разговаривал. Закрутился с бумажной работой. Сам знаешь, как это бывает. — Вообще-то понятия не имею. — Что случилось?