Теперь я сижу на диване с миской попкорна и запоем смотрю историко-романтический сериал — и чувствую, будто нашла место, где мне по-настоящему хорошо. Дни уходят на ремонт и пункты из бесконечного списка дел для магазина, поэтому этих вечеров я жду с нетерпением.

Я отправляю в рот зёрнышко попкорна, поёрзываю на диванной подушке, устраиваясь поудобнее, и плотнее заворачиваюсь в одеяло, словно в кокон.

Я смотрю уже третью серию за вечер, когда слышу это.

Какая-то возня и царапанье мгновенно заставляют меня выпрямиться.

В квартире вместе со мной находится какой-то зверёк.

Медленно и осторожно я ставлю миску с попкорном на журнальный столик. Широко раскрыв глаза — как героиня фильма ужасов, которой вот-вот перережут горло, — я оглядываюсь по сторонам, не двигая телом. Звук доносится из кухни, которая не отделена от комнаты, где я сижу. Квартира маленькая: стоит мне протянуть руку, и я коснусь барного стула.

И тут я это вижу.

На кухонной стойке — маленькое серое существо, ищущее еду.

Крыса это или мышь, я не успеваю разглядеть: слишком занята тем, что истошно визжу. Я вскакиваю с дивана, путаюсь в одеяле и бросаюсь в спальню. Влетев внутрь, с грохотом захлопываю дверь. Прислонившись к ней спиной, пытаюсь отдышаться. Всё точь-в-точь как в мой первый день в книжном магазине.

Лихорадочно разыскивая телефон, я едва не начинаю задыхаться от паники.

Только не говорите, что я оставила его там, рядом с этой тварью!

К счастью, нахожу его в кармане своей огромной толстовки.

Может, позже я и задумаюсь, почему первым делом вспоминаю именно о нём, но сейчас, не раздумывая, открываю контакт Рида и нажимаю кнопку вызова.

— Привет, — говорит он, и голос у него такой радостный, что у меня сладко ухает в животе — даже несмотря на существо, вторгшееся в мою квартиру.

— Э-э… привет.

— Почему ты шепчешь? — Радость в его голосе мгновенно сменяется тревогой.

Я почёсываю крыло носа, пытаясь выиграть время. Нужна ли мне его помощь? Технически — нет. Я и сама могу с этим справиться. Но стану ли? Разумеется, нет. Так что да, помощь мне всё-таки нужна, потому что я до усрачки боюсь.

— У меня в квартире мышь. Ну, по крайней мере, мне кажется, что это мышь. Может, и крыса. Я запаниковала и заперлась в спальне.

Он издаёт тихий, сдавленный звук — словно пытается сдержать смех.

— Ты прячешься от мыши?

— Это совсем не смешно. — Я закрываю лицо свободной рукой. — Терпеть их не могу. Убивать зверька я не хочу, но мне нужно, чтобы он убрался отсюда. Поможешь?

— Э-э… — Он шумно выдыхает. — Ничего, если я приеду с племянницей?

Его племянница. Та самая девочка, которую я мельком видела у Деррика дома. Она маленькая, но достаточно взрослая, чтобы начать задавать вопросы или рассказать об этом семье… хотя с чего бы ей это делать? Да и даже если расскажет, Рид наверняка придумает правдоподобное объяснение, почему я попросила его о помощи.

— Просто приезжай как можно скорее, — говорю я, прижимаясь ухом к двери.

— Хорошо. Буду у тебя через двадцать минут.

— Спасибо. — Я с облегчением выдыхаю и завершаю звонок.

Я остаюсь взаперти в своей спальне, дожидаясь приезда Рида. Кажется, проходит целая вечность, прежде чем раздаётся стук в дверь. Затем приходит сообщение от него: он уже здесь.

Выругавшись, я со стоном ударяюсь лбом о дверь спальни. Чтобы впустить Рида, придётся покинуть безопасное убежище.

— Ты справишься, — твержу я про себя. — Это всего лишь маленькая мышка… или крыса.

Меня охватывает такой сильный рвотный позыв, что всё тело содрогается.

Боже, какая же я слабая.

С визгом открываю дверь и бегу через всю квартиру на цыпочках. Молниеносно отщёлкнув замок, распахиваю дверь и вижу Рида: волосы растрёпаны ветром, а на руках — племянница, вцепившаяся ему в шею.

— Заходи и поймай эту тварь.

Он ухмыляется, глядя, как я нелепо подпрыгиваю на месте — никак не могу успокоиться. От одного лишь вида мыши мне становится противно; кажется, понадобится десять раз принять душ, чтобы смыть с кожи эту грязь и воспоминания.

Он опускает племянницу на пол и оглядывает квартиру.

— Где ты её видела в последний раз?

Дрожащим пальцем указываю в сторону кухонной столешницы.

Он вскидывает бровь и сдавленно смеётся.

— Тебе и правда так страшно, да?

— Даже не представляешь.

Он поджимает губы в тонкую линию — вероятно, чтобы снова не рассмеяться надо мной. Я ценю этот жест.

— Хочешь выйти на улицу и подождать там?

Я кусаю губу, раздумывая. Холод или ледяной ветер? Трудный выбор.

— Я… я справлюсь.

Он приподнимает бровь — ни капли не верит моим словам.

— Правда.

Его племянница дёргает его за край куртки Carhartt.

— Чего она боится? — шепчет она, выглядывая на меня из-за его спины, где она почти полностью спряталась. — Мне тоже надо бояться?

— Всего лишь крошечной мышки. — Он приседает, чтобы оказаться с ней на одном уровне глаз. — Может, ты защитишь её для меня? Сможешь?