Я поворачиваюсь к ней, и у меня перехватывает дыхание.

— Откуда в тебе столько мудрости?

Рассмеявшись, она похлопывает меня по руке.

— Не уверена, что это мудрость. Наверное, я просто неисправимый романтик.

— Да, — соглашаюсь я, сдерживая смешок. — Так гораздо логичнее.

ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

РИД

Микроволновка пищит, сообщая, что ужин готов. Слава, блядь, богу, что у меня осталась еда.

Вытаскиваю тарелку, держа в руке вилку. Я знаю, что еда будет слишком горячей, но разве это мешает мне тут же наброситься на неё и обжечь язык?

Ничуть.

В нетерпении поскорее увидеть Виа мне даже в голову не пришло кинуть еду в сумку-холодильник. Вот как сильно она выбивает меня из колеи. Даже сейчас мне хочется ей написать.

Если бы друзья знали, как часто я о ней думаю, они бы решили, что я сошёл с ума, и посоветовали бы вести себя сдержанно. Они бы твердили, что лучший способ завоевать девушку — это изображать равнодушие. По-моему, это полная чушь. Хотя, с другой стороны, Брэндон годами ведёт себя как последний мудак по отношению к моей сестре: то держит её на крючке, то сводит с ума своим молчанием, — а она всё равно никуда не девается.

Но я не такой человек.

Терпеть не могу игры в «кошки-мышки». Это, блядь, пустая трата времени. Куда проще открыто показать свой интерес. Хотя большинство людей, судя по всему, думают иначе.

С едой в руках иду к дивану и устраиваюсь поудобнее. Включаю Netflix и нахожу сериал, который сейчас смотрю.

Телефон, лежащий на диванной подушке рядом со мной, звонит, и на экране высвечивается имя сестры.

Думаю, не ответить ли. Наверняка она снова хочет устроить мне разнос. Она до сих пор злится из-за того, что отец вернулся домой и выгнал Брэндона. Она знает, что ему запрещено появляться в доме, но, видимо, считает, что правила на неё не распространяются.

Несмотря на её паршивого парня-мудака, мы всегда были близки, поэтому игнорировать её кажется неправильным.

Я провожу пальцем по экрану, принимая вызов, и включаю громкую связь, чтобы продолжать есть.

— Что случилось? — Лучше сразу перейти к делу, если она настроена на ссору.

— Привет. — Голос у неё тихий, неуверенный. Может, она уже не злится? — Можешь посидеть с Лили несколько часов в субботу? Мне предложили дополнительную смену, а деньги мне очень нужны.

— Да, без проблем.

Я никогда не откажусь провести время с Лили. Она куда круче большинства моих знакомых. Когда сестра забеременела, мы оба ещё жили с отцом, и я переживал, каково это — делить дом с ребёнком. Но стоило приехать в роддом и взять эту малявку на руки, как я пропал. Конечно, к крикам новорождённой пришлось привыкать, зато теперь с ней гораздо веселее: она уже умеет поддержать полноценный разговор.

Лилибет вьёт из нас верёвки, и она это прекрасно понимает. И, конечно, пользуется этим при любой возможности. Однажды она увидела рекламу детских мастер-классов в Home Depot — и вот уже папа раз в месяц водит её туда учиться обращаться с инструментами и мастерить всякие поделки. Они до сих пор этим занимаются. Она так гордится значками, которые получает и цепляет на фартук после каждого занятия.

— Спасибо, спасибо, спасибо, — твердит сестра; её голос прерывается из-за плохой связи. — Ты меня просто спасаешь.

Я проглатываю кусок и откашливаюсь.

— На сколько часов?

— Буду работать с обеда и до закрытия. Но можешь завезти её к папе часам к пяти.

— А где он будет?

— Не знаю. Сказал только, что занят.

Я напрягаюсь. Обычно я бы даже не задумался. Я не слежу за тем, где бывает папа, но вдруг он снова идёт на свидание с Виа? Не думаю, что она согласилась бы на ещё одну встречу после того, что случилось на Хэллоуин, но так ли хорошо я её знаю? Если бы он позвал её до того, как мы узнали об этой запутанной связи, пошла бы она из вежливости?

— С тобой всё в порядке? — спрашивает Лейла. — Ты вдруг замолчал.

— Да. — Я запихиваю в рот ещё один кусок. — Всё отлично.

— Ты правда не против посидеть с Лили?

— Вообще не проблема. Честное слово.

Закончив разговор, я смотрю на телефон, а в голове продолжают прокручиваться разные сценарии. Не стоило бы этого делать. Я знаю. Но всё равно набираю сообщение.

Я: Всё ещё думаю о том, какой у тебя вкус.

Я лежу без сна в тёмной комнате и смотрю, как 11:10 сменяется на 11:11.

Я лежу здесь уже час, но сон не идёт. Не могу перестать думать о Виа. Стоит закрыть глаза — и я вижу её. Некоторые картины вполне невинны: Виа в облегающих джинсах и свитере, которые были на ней сегодня. Другие — откровенно непристойны.

Хватаю подушку с другого края кровати, закрываю ею лицо и стону.

Мне нужно быть у неё ни свет ни заря. Чёрт возьми, мне нужно поспать.

Но, судя по всему, в ближайшее время это не светит.