В последующие недели отношения Харриса с Сашей постепенно переросли в неловкий роман с физической близостью. К счастью, Саша была крайне неопытна, и Харрис настаивал на том, чтобы не торопить события. Пока пределом их близости были объятия в её постели, причём почти не раздеваясь, под старые американские романтические комедии, которые они смотрели, пока оба не засыпали.

Теперь, мчась на север навстречу Саше и Лэнгдону, Харрис размышлял обо всём, что узнал утром от посла. Масштаб операции, разворачивавшейся в Праге, превосходил самые смелые его предположения. Даже не зная подробностей, он понимал, что ввязался в дело, которое ему совершенно не по плечу.

Пора выбираться.

Приближаясь к Старому городу, Харрис дал себе торжественную клятву.

Каковы бы ни были последствия, это будет моя последняя встреча с Сашей Весной… навсегда.

ГЛАВА 43

Роберт Лэнгдон нервно расхаживал по тесной кухне Саши Весны. Его насквозь промокшие носки оставляли следы на кафельном полу.

Этого не может быть.

Он снова посмотрел на клочок бумаги, который несколько минут назад просунули под дверь Сашиной квартиры.

Записка, написанная от руки, выбила почву у него из-под ног.

Кэтрин у меня.

Приходи к Петршинской башне.

В голове вихрем проносились мучительные вопросы.

Кто ты? Что ты с ней сделал? Почему Петршинская башня?

Почти шестидесятиметровая Петршинская башня возвышалась недалеко от центра Праги, на вершине густо поросшего лесом холма. Легенды о человеческих жертвоприношениях, некогда совершавшихся в этом лесу, отнюдь не добавляли Лэнгдону спокойствия.

Он не мог придумать ни одной причины, по которой кто-либо захотел бы похитить Кэтрин Соломон. Приходи к Петршинской башне… Зачем?

— Наверное, за нами проследили до самого дома, — испуганно сказала Саша. — Может быть, ещё от стоянки такси? Может, это УЗСИ, но…

— С какой стати УЗСИ похищать Кэтрин?!

— Я не знаю. — Саша выглядела подавленной. — Майкл разберётся, что нам…

— Я не могу ждать Майкла, — перебил её Лэнгдон и бросился в прихожую за туфлями. — Я должен идти немедленно. Кэтрин в опасности. Надо добраться туда как можно скорее. Пока он натягивал мокрые носки в лоферы, Саша открыла стенной шкаф и потянулась за пальто.

— Нет, Саша, — остановил он её. — Лучше всего тебе остаться здесь, дождаться Майкла и попросить, чтобы он отвёз тебя в американское посольство. Расскажи там всё, что знаешь. Абсолютно всё. И о Бригите, и об агенте УЗСИ, и об этой записке, и о том, что я пошёл к Петршинской башне. Ничего не скрывай.

Лэнгдон уже видел, с какой неожиданной лёгкостью Саша может прибегнуть к насилию, и не собирался являться на встречу к башне в сопровождении человека, от которого неизвестно чего ждать.

— Хорошо, — сказала она и полезла в сумочку. — Но раз ты идёшь один, возьми хотя бы это. — Она достала оружие Павла.

Лэнгдон невольно отпрянул. Оружие всегда внушало ему тревогу; к тому же он достаточно знал о силовых столкновениях, чтобы без необходимости не добавлять к происходящему ещё и пистолет. Идти по улицам Праги с украденным у сотрудника УЗСИ оружием ему совсем не хотелось. К тому же нести его было не в чем, кроме как заткнув за пояс брюк, а в кино подобные трюки всякий раз казались ему безумием.

— Мне будет спокойнее, если он останется у тебя, — сказал Лэнгдон. — Тот, кто оставил записку, явно знает, где ты живёшь. Спрячь пистолет в кухонный шкаф… Если совсем прижмёт, ты будешь знать, где он лежит. Саша немного подумала и кивнула.

— Хорошо. Но вот это ты должен взять. — Она подошла к крючку на стене и сняла пластиковый брелок с единственным ключом. — Запасной ключ от квартиры. Если вам с Кэтрин понадобится безопасное место, чтобы спрятаться, приходите сюда. Не знаю, что предложит Майкл, и нас к тому времени может уже не быть дома. Но хотя бы сможете войти.

— Спасибо, — сказал Лэнгдон, хотя и сомневался, что вернётся. Он всё же принял подарок и заметил, что брелок вырезан в форме растопырившего лапы кота с надписью «Krazy Kitten». Сунув ключ в карман, он добавил: — Найду телефон и позвоню тебе, как только что-нибудь выясню.

— Тебе понадобится мой номер.

— У меня есть мобильный Майкла. Саша удивилась:

— Он дал тебе свой личный номер?

— Я видел, как ты набирала его в машине, — ответил Лэнгдон.

— И запомнил?

— Странно устроенная голова, — сказал он. — Я ничего не забываю.

— Наверное, это прекрасно. А у меня всё наоборот: я не могу ничего запомнить. Воспоминания путаются… много провалов.

— Из-за эпилепсии?

— Да. Но Бригита помогала мне с этим… Лэнгдон ободряюще улыбнулся:

— Судя по всему, доктор Гесснер очень хорошо к тебе относилась.

— Она спасла мне жизнь. — Саша погрустнела. — Надеюсь, я не забуду и её.

— Не забудешь, — заверил Лэнгдон, взявшись за дверную ручку. — И поверь: помнить всё — не всегда благословение.

ГЛАВА 44