ГЛАВА 23

Джонасу Фокману и прежде доводилось переживать немало страшных минут: прыгать из вертолёта без парашюта, едва не тонуть по вине хитроумного психопата, уворачиваться от пуль, цепляясь за крутой скат крыши. Правда, всё это происходило лишь на страницах остросюжетных романов, которые он редактировал.

Теперь же опасность была настоящей.

Из-за мешка на голове дышать становилось всё труднее, а руки были связаны за спиной. Он лежал на твёрдом металлическом полу автомобиля, уже не меньше десяти минут мчавшегося по шоссе. В кармане пальто несколько раз завибрировал телефон, но добраться до него Фокман не мог.

Насколько он сумел понять, его похитили двое мужчин. Оба, судя по голосам, американцы. Они обыскали его рюкзак.

Рукопись у них.

Страх смешивался с полным недоумением.

Зачем?

Фургон внезапно свернул с магистрали, попетлял по городским улицам и резко остановился. Когда похитители наконец сорвали мешок с его головы, Фокман оказался лицом к лицу с крепко сложенным мужчиной лет тридцати с короткой армейской стрижкой. Одетый во всё чёрное, тот сидел прямо перед ним на пластиковом молочном ящике, непозволительно близко, и смотрел ледяными глазами.

Оцепеневший от страха Фокман заглянул мимо него в ветровое стекло. Только деревья и темнота. Издалека доносился гул тяжёлой техники. Где я, чёрт возьми?

Второй похититель, чуть мельче первого, сидел впереди на пассажирском месте и печатал что-то на ноутбуке. Тот самый тип с планшетом для записей, который подошёл на тротуаре.

— Готово, — сказал человек с ноутбуком.

Его коротко стриженный напарник протянул руку к закреплённой под потолком фургона видеокамере и повернул объектив прямо на Фокмана.

Первое правило выживания, напомнил себе редактор. Никогда не показывай страха.

— Классная камера, — выдавил он. — Мы что, ролик для TikTok снимаем?

Мужчина опустил взгляд, явно удивлённый такой дерзостью.

Фокман постарался говорить спокойно: — Или записываем видео с требованием выкупа для моей семьи?

— У вас нет семьи, — бесстрастно ответил тот. — Вы не женаты, работаете шесть дней в неделю и уже больше четырёх лет не выезжали из страны.

Господи! Кто же эти люди?

Сперва Фокман решил, что перед ним американские военные, но теперь ни в чём нельзя быть уверенным. Несколько лет назад он выпустил документальную книгу о тайном мире современных наёмников — профессиональных бойцов из организаций с загадочными названиями вроде Blackwater, Triple Canopy, Wackenhut и International Development Solutions.

По правде говоря, эти двое могли работать на кого угодно.

Коротко стриженный достал из пальто небольшой планшет, что-то пролистал и сунул экран Фокману под нос. — Узнаёте это место?

Фокман всмотрелся в фотографию. Не сразу понял, что видит. Какого чёрта?! Это была его собственная гостиная. Судя по снимку, просторную квартиру на Верхнем Ист-Сайде перевернули вверх дном: картины сорваны со стен, книжные полки опустошены, диваны вспороты, столы опрокинуты.

— Как думаете, что мы искали? — спросил коротко стриженный.

Фокман покосился на его причёску. — Хорошего парикмахера?

Без предупреждения тот подался вперёд и всадил огромный кулак редактору в живот. Фокман согнулся пополам, рухнул на бок и судорожно попытался вдохнуть.

— Ещё попытка, — произнёс мужчина, рывком поставив его на колени. — Что мы искали?

— Я… не… знаю, — еле выговорил Фокман, задыхаясь.

Человек с ноутбуком изучил появившиеся на экране данные и покачал головой. — Врёт.

— Спрошу в последний раз, — сказал коротко стриженный. — Но прежде познакомлю вас с «Аватаром». — Он указал на камеру над головой. — Это система искусственного интеллекта, которая отслеживает движение глаз, мельчайшие изменения мимики и положение тела. Самая современная система анализа достоверности ответов.

Анализа достоверности? Фокман решил не высмеивать громилу за высокопарное название довольно простого устройства. Зато теперь ясно, зачем нужна камера.

Сидевший на ящике наклонился так близко, что стало не по себе. — Мы знаем о вас всё, Джонас. Знаем, что вы работаете допоздна, бегаете в Центральном парке, когда у вас нет делового обеда, и пьёте мартини с джином в «Уайт-Хорс-Таверн» вместе со своими авторами. Так что не вздумайте водить меня за нос. Я задам один очень простой вопрос.

Фокман ждал. Живот по-прежнему сводило от боли.

— Рукопись, найденная в вашем рюкзаке, — продолжил коротко стриженный. — Это единственный экземпляр?

Фокман понимал, какой ответ они хотят услышать. К сожалению, если сейчас сказать правду, он тут же лишится единственного козыря на переговорах… и, вполне возможно, жизни.