— Будущее окажется в руках тех, кто первым разработает полноценный интерфейс «человек — машина», — начал Финч. — Непосредственное общение людей с технологиями. Никакого набора текста, диктовки, экранов… только мысль. Одних финансовых последствий хватит, чтобы возникла новая мировая сверхдержава. А практические возможности, особенно в разведке… не поддаются воображению.

Лэнгдон подозревал, что полноценная технология связи человека с машиной, оказавшись не в тех руках, сделает худший кошмар Оруэлла безобидной фантазией.

— Поэтому ЦРУ годами неустанно старалось не отстать от биотехнологических гигантов — Neuralink, Kernel, Synchron и прочих. У всех них бездонные бюджеты и одна цель: первыми создать мозговой имплант, обеспечивающий настоящую высокоскоростную связь человека с машиной. К счастью для нас, все столкнулись с одной и той же преградой.

— С интерфейсом, — сказала Кэтрин. — С тем, как создавать искусственные нейроны.

Финч кивнул. — Neuralink добилась умеренных успехов, но до нужного масштаба ещё далеко. Как выяснилось, недостающее звено — конструкция, над разработкой которой ЦРУ посчастливилось работать уже два десятилетия.

— Взятая из патентной заявки Кэтрин, — сказал Лэнгдон.

— Повторяю, у доктора Соломон нет патента. А если бы он был, мы изъяли бы его в интересах национальной безопасности. Проблема принудительного отчуждения собственности в том, что процедура может сопровождаться спорами и публичностью, а порой раскрывает именно то, что ведомство хочет сохранить в тайне.

— Что вы делаете с моей конструкцией? — потребовала Кэтрин. — Что такое «Порог»?

Финч свободной рукой снял очки и медленно размял шею. — Доктор Соломон, возможно, вы помните, как в Калифорнийском технологическом институте создали имплант, подключавшийся к зрительной коре мозга и фактически позволявший «видеть» всё, что человек воспринимает глазами.

— Конечно помню, — сказала Кэтрин. — Имплант улавливал оптические сигналы, проходящие по зрительному нерву, преобразовывал их и передавал наружу живым видео.

Лэнгдон не был знаком с технологией, но это звучало как внутренняя камера GoPro — способ смотреть чужими глазами. «Порог» отслеживает, что видят испытуемые? Тогда это был совершенно новый вид слежки. Лэнгдон взглянул на экраны, окружавшие купольный зал, и представил трансляции от первого лица: люди заняты повседневными делами, а кто-то наблюдает за ними. Но тогда зачем капсулы?

— Наше ведомство работало над похожей технологией, — сказал Финч. — Над имплантом гораздо более совершенным: он отслеживает не то, что воспринимают глаза… а то, что видит мысленный взор.

Выражение «мысленный взор» напомнило Лэнгдону о разноцветной точке бинди между бровями, символизирующей врата духовной мудрости, или Третий глаз.

— Мысленный взор, профессор, — пояснил Финч, словно почувствовав его замешательство, — это механизм, благодаря которому мозг видит без помощи глаз. Закройте глаза и представьте дом своего детства — возникнет отчётливый образ. Это и есть ваш мысленный взор. Чтобы создавать подробные картины, мозгу не требуется зрительный сигнал. Он постоянно воспроизводит воспоминания, фантазии, грёзы, воображаемые сцены. Даже во сне он создаёт образы — сновидения и кошмары.

— Неужели вы действительно смогли… — начала Кэтрин и осеклась, подбирая слова.

— Смогли, — ответил Финч с гордостью. — «Порог» создал имплант, способный наблюдать содержание мысленного взора. Теперь мы можем отслеживать весь спектр образов, которые создаёт мозг… видеть их в реальном времени и во всех подробностях.

По ошеломлённому лицу Кэтрин Лэнгдон понял, что для нейронаук это невероятное достижение. Он знал о недавнем заявлении одного учёного Киотского университета, создавшего технологию записи и воспроизведения сновидений в виде грубого фильма. Но тот метод казался примитивным: искусственный интеллект превращал данные МРТ, полученные во сне, в приблизительные изображения. Описанное Финчем походило на квантовый скачок.

«Порог» умеет подглядывать за воображением?

Лэнгдон задумался, не связана ли технология с представлением Кэтрин о мозге как приёмнике. Если имплант способен видеть образ, который возникает в мозге, возможно, он сможет выяснить и то, откуда этот образ берётся. Хранится ли он внутри физической памяти, как считают материалисты? Или приходит извне, согласно модели нелокального сознания Кэтрин?

— И этот имплант… действительно работает? — спросила Кэтрин, вновь обретя голос. — Такая технология может произвести переворот в исследованиях сознания…

— Вполне возможно, — сказал Финч. — Но «Порог» занимается исключительно национальной безопасностью.