— Здание готово, но полноценная работа ещё не началась. Насколько мне известно, там провели отдельные испытания… видимо, успешные, поскольку сейчас готовятся развернуться в полную силу. Сотрудников обучают на другом объекте в США и рассчитывают запустить центр в ближайшие недели.

— И этот центр находится здесь, в Праге? — спросила Кэтрин.

Нагель помедлила, словно в последний раз решала, раскрывать ли подробности. — Строго говоря, под Прагой, — ответила она. — Весь комплекс находится под землёй.

На мгновение Лэнгдон вспомнил нижний этаж небольшой лаборатории Гесснер. — Надеюсь, не в бастионе Распятия?

— Нет, — ответила посол. — Там частная лаборатория Бригиты Гесснер. ЦРУ вложилось в её разработки, но «Порог» расположен в другом месте. Впрочем, недалеко от бастиона; его площадь превышает десять тысяч квадратных футов.

Десять тысяч квадратных футов? И всё под землёй?! — Как можно в полной тайне построить под таким городом нечто настолько огромное?

Нагель пожала плечами. — Очень просто: основное сооружение там уже существовало. ЦРУ получило его в распоряжение и перестроило. — Она сделала паузу. — Хотя официально объект передали Инженерному корпусу армии США.

Лэнгдону хватило мгновения, чтобы сложить всё воедино.

В пятидесятые годы в Праге построили одно из крупнейших в Европе бомбоубежищ советской эпохи. В разветвлённой сети сырых подземных помещений могли укрыться около полутора тысяч человек; там имелись собственная электростанция, система очистки воздуха, душевые, туалеты, общий зал и даже морг. Бункер давно забросили, хотя часть его и сегодня была открыта для туристов.

— Убежище Фолиманка… — прошептал Лэнгдон, поражённый осознанием, что буквально сегодня проходил над частью бункера. Он скрывался под обширным парком Фолиманка.

Лэнгдон никогда не спускался внутрь, но видел туристический вход — бетонный тоннель, покрытый разноцветными граффити с изображениями атомных взрывов и надписью KRYT FOLIMANKA. Он сперва решил, что это означает «Крипта Фолиманка», но ему объяснили: правильно — «Убежище Фолиманка».

Известная туристическая часть бункера, у самой восточной окраины парка Фолиманка, залегала сравнительно неглубоко, находилась в приличном состоянии и была совершенно безопасна для посещений. Но основная часть комплекса простиралась намного глубже, далеко под парком. За прошедшие десятилетия обширная сеть тоннелей и залов затопилась, обветшала; доступ туда перекрыли, а потом о ней забыли.

Посол кратко объяснила, как ЦРУ удалось получить контроль над заброшенной частью бункера. Как союзник по НАТО, правительство США регулярно сотрудничало с Чехией в военной и политической сферах. Иногда американцы оказывали помощь и в гражданских инфраструктурных проектах. В случае с парком Фолиманка речь шла о спасении огромной территории: городские власти объявили, что грунт начал проседать и однажды парк может рухнуть в пустоты старого бункера.

Спасителями выступили инженеры армии США: они проложили новый входной тоннель с западной стороны парка и приступили к многолетним работам по осушению, герметизации и укреплению разветвлённой сети подземных помещений.

Работы почти завершились, однако, по словам посла, теории заговора никуда не исчезли. Парк Фолиманка на самом деле никогда не проседал… Там строят секретную военную тюрьму… Или хранилище химического оружия. Согласно другой версии, глубинных помещений прежде вообще не существовало, а американцы их выкапывают. Подозрения усиливало отсутствие сколько-нибудь достоверных чертежей советской эпохи, отражающих весь комплекс: либо таких планов не было, либо их намеренно стёрли из истории.

Как бы то ни было, Лэнгдон не мог не восхититься дьявольской простотой уловки. Оставался лишь один очевидный вопрос. — Почему именно здесь? — спросил он. — Почему бы не разместить «Порог» на каком-нибудь складе посреди аризонской пустыни?

— Всё просто, — ответила Нагель. — Плотная городская застройка обеспечивает маскировку от спутникового наблюдения. В пустыне любое перемещение большого количества материалов и персонала заметно как на ладони. Всё больше разведывательных объектов теперь переносят в города. А если выбрать город за пределами США, можно свести к минимуму надзор конгресса и ограничения американского законодательства.

Последнее замечание прозвучало для Лэнгдона зловеще. — Почему вы рассказываете нам всё это? — спросил он, поражённый откровенностью посла.

— Да, — поддержала его Кэтрин. — Ведь это похоже на…

— Государственную измену? — Взгляд посла устремился вдаль. — У меня личные причины. Но что бы ни случилось со мной, поверьте: теперь моя первоочередная задача — обеспечить вашу безопасность.

У Лэнгдона оставалось множество вопросов, но он был склонен ей верить.