Нагель подтвердила услышанное от Фаукмана по телефону: ЦРУ негласно управляло венчурным фондом In-Q-Tel, сокращённо Q, который инвестировал в технологии национальной безопасности и жёстко защищал вложения.

— ЦРУ управляет инвестиционным банком? — спросила Кэтрин.

— Скорее ради патриотизма, чем ради прибыли, — пояснила Нагель. — В последние годы бюджеты американской разведки резко сокращались. А ЦРУ обязано защищать страну от всех врагов — включая недальновидность собственных наивных политиков. Поэтому управление считает себя вправе с моральной точки зрения, если не прямо обязанным, искать внешнее финансирование важных программ, которые иначе не могли бы существовать.

Слушая её, Лэнгдон понял: проект, финансируемый деньгами Q, обходил традиционный надзор Конгресса, распространявшийся на секретные бюджетные ассигнования. По сути, ЦРУ могло делать что угодно и ни перед кем не отчитываться.

— Несколько лет назад директор ЦРУ перевёл Эверетта Финча в Лондон и назначил на неофициальную должность в европейской штаб-квартире Q. Его обязанности засекречены, но, похоже, он получил карт-бланш. И, как вы уже, несомненно, поняли, Финч чрезвычайно обеспокоен рукописью Кэтрин.

— Почему? — настаивала она.

— Знаю лишь то, — ответила Нагель, — что Финч считает вашу рукопись угрозой одному из важнейших капиталовложений Q. Поэтому вопрос объявлен делом национальной безопасности, а это даёт Финчу опасно широкую свободу действий в отношении вас.

Лэнгдон всё сильнее ощущал себя в ловушке в подвале без окон.

— Но каким образом это угроза?! — не отступала Кэтрин. — Я пытаюсь представить, как что-то из написанного мной могло…

— Не знаю. У меня нет подробностей. Только приказ: заставить вас подписать соглашение.

— Но если ЦРУ считает мою книгу угрозой национальной безопасности, — сказала Кэтрин, — почему бы просто не позвонить издателю, не сослаться на безопасность страны и не потребовать убрать опасные фрагменты?

— Как бывший юрисконсульт ЦРУ могу сказать, — ответила Нагель, — что указать на конкретные отрывки — значит раскрыть слишком многое о том, чего именно опасается управление. Это привлечёт внимание к тому, что оно пытается сохранить в тайне. К тому же издатель вправе просто отказать ЦРУ и выпустить полный текст под лозунгом: Читайте книгу, которую ЦРУ не хочет, чтобы вы прочли!…

Лэнгдон понимал, что она права. Ватикан регулярно совершал подобную ошибку: попытки запретить католикам читать «антикатолические» популярные книги лишь подстёгивали их продажи.

— Вы читали эти соглашения? — спросил Лэнгдон.

— Всеобъемлющий запрет на устное разглашение, — кивнула Нагель. — Опасно общие формулировки. По сути, вы бы записали разговор с Финчем, и всё в нём упомянутое автоматически считалось бы «охраняемой информацией». В зависимости от того, что он вам скажет, документ дал бы законные основания немедленно и навсегда запретить книгу Кэтрин.

Лэнгдон снова мысленно перебрал всё, что она рассказала ему о рукописи и открытиях: мозговые фильтры, ГАМК, нелокальное сознание. Зачем всё это ЦРУ?

— Вы только что сказали, — настаивал он, — что мистер Финч считает книгу Кэтрин угрозой одному из важнейших вложений Q. Напрашивается очевидный вопрос: вы знаете, что это за вложение?

— Знаю, что оно связано с совершенно секретным объектом ЦРУ здесь, в Праге.

— В Праге? — Лэнгдон удивился. — Вы шутите. Чем там занимаются?

Нагель досадливо покачала головой. — Не знаю. Могу сказать лишь, что у объекта есть кодовое название. Они зовут его «Порог».

ГЛАВА 81

— Мне сообщили очень немногое, — сказала Нагель. Все трое теснились в мрачной котельной под виллой. — Управление утверждает, что меня держат в неведении ради моей же безопасности. Я знаю лишь, что сам директор ЦРУ считает «Порог» единственным важнейшим проектом управления… совершенно необходимым для обеспечения безопасности в будущем.

Смелое заявление повисло в воздухе.

— И вы в нём не участвуете? — спросил Лэнгдон.

— Только в качестве посредника по политическим вопросам, — ответила она. — Три года назад ЦРУ, у меня за спиной, устроило моё назначение послом сюда. Им нужна была дипломатическая пешка — свой человек, который будет подчиняться Финчу и помогать обходить юридические препятствия при тайном строительстве объекта «Порог».

— И вы до сих пор не знаете, чем именно они там занимаются?

Нагель покачала головой. — Знаю, что это научно-исследовательский центр. Судя по немногим словам Финча и по тому, насколько заметную роль играет Бригита Гесснер, почти уверена, что исследования как-то связаны с мозгом… возможно, с человеческим сознанием. Но столь серьёзная военная охрана означает, что под землёй происходит нечто гораздо большее, чем простые научные изыскания.

Кэтрин слушала, не отрываясь. — Объект уже работает?