Обессиленная от недосыпа оперативница Хаусмор приготовила себе чашку кофе и устроилась у окна бастиона. Перед ней раскрывался великолепный вид на Пражский Град, безмятежно стоявший вдали. Она мирно задумалась, когда неожиданный шум в коридоре вырвал её из мечтаний. Хаусмор вскочила и рефлекторно привела оружие в готовность.

Теперь, настороженная до предела, она двинулась к вестибюлю, держа пистолет наготове. Финч приказал охранять здание и обещал подкрепление, но Хаусмор понимала, что оно ещё не могло приехать. К тому же подготовленные военные непременно объявили бы о своём прибытии перед входом.

Здесь кто-то посторонний…

Осторожно завернув за угол, Хаусмор увидела в коридоре фигуру в чёрном плаще с капюшоном. Незнакомец с усилием открывал металлическую дверь к лабораторной лестнице.

— Stůj! — крикнула Хаусмор, бросаясь к нему. — Стоять!

Мужчина проигнорировал приказ и быстро скользнул за дверь. Хаусмор выстрелила. Пуля с лязгом ударилась в стальную дверь, лишь чудом не задев его. Она подбежала, но опоздала: дверь уже захлопнулась и заперлась, оставив её снаружи.

Хаусмор прижалась лицом к маленькому укреплённому окошку, заглядывая на лестницу. И тут застыла. Фигура в плаще смотрела прямо на неё… всего в нескольких сантиметрах по другую сторону стекла. Лицо незнакомца было землистым, словно поверхность Луны, на лбу вырезаны символы. Ледяные глаза на мгновение изучили её, будто запоминали лицо. Затем он повернулся и быстро сбежал по ступеням, плащ взметнулся за спиной и исчез внизу.

Хаусмор отступила на шаг, пытаясь прийти в себя.

Кто… или что это было?!

Она понятия не имела, как незнакомец открыл биометрический замок, но требовалось немедленно предупредить Финча. Хаусмор знала, что секретный объект агентства находится не здесь. Однако лаборатория Гесснер явно содержала нечто важное, а Финч приказал защищать её при любых обстоятельствах. И кто-то только что проскользнул прямо у неё под носом.

Мужчина, решила Хаусмор, был русским. Его стальные светлые глаза казались славянскими, а плотный слой глиняного грима представлялся ей великолепным образцом русской изобретательности: воспользовавшись пражской традицией костюмированных представлений, незнакомец без труда обманул городские камеры распознавания лиц. К тому же русские уже научились обходить биометрию с помощью искусственных отпечатков пальцев, созданных на трёхмерных принтерах из УФ-отверждаемых смол.

Не спуская взгляда с двери лаборатории, Хаусмор убрала пистолет и неохотно достала телефон. Финч не обрадуется известию. Руки слегка дрожали, и она решила, что разумнее сперва взять себя в руки.

Не торопись. Соберись с мыслями.

По-прежнему следя за дверью лаборатории, Хаусмор медленно попятилась из вестибюля и пошла спиной вперёд по коридору к приёмной.

Там, в сравнительно защищённом коридоре, всё ещё не отводя глаз от лестничной двери, она несколько раз глубоко вдохнула и успокоилась. Затем начала набирать номер Финча.

Но позвонить не успела.

Внезапно позади неё кто-то появился.

В спину ударил обжигающий электрический разряд. Все мышцы разом свело судорогой; тело одеревенело и рухнуло вперёд на плиточный пол, а телефон отлетел в сторону. Нападавший схватил её, перевернул на спину и прижал к полу. Невозможным образом Хаусмор смотрела в бледные глаза земляного существа, которое только что видела за дверью на лестнице.

Откуда он взялся?! Как…

Казалось, чудовище материализовалось из воздуха прямо за её спиной!

Теперь оно сидело на ней, прижимая к твёрдой плитке, и сжимало руками горло. Хаусмор попыталась сопротивляться, когда ей перекрыли дыхание, но парализованные мышцы не повиновались. Беспомощная, она могла только ждать, стараясь не потерять сознание.

Почти двадцать секунд она лежала на спине с пережатой трахеей и вдруг ощутила, что власть над мышцами понемногу возвращается. Ей требовалось ещё время, но зрение уже начинало мутнеть. Сейчас или никогда. Собрав остатки сил, она подняла руки и упёрлась нападавшему в грудь, пытаясь столкнуть его с себя.

Но тот почти не сдвинулся.

Его тело под глиняным гримом ощущалось странно — совершенно не так, как она ожидала.

— Я не тот, кем вы меня считаете, — прошептало чудовище, глядя Хаусмор прямо в глаза и сильнее сжимая её шею. — Я Голем.

ГЛАВА 80

Восемнадцатиметровый бассейн под виллой Печека был построен в стиле традиционных римских терм. Чашу с лазурно-белой отделкой окружали два кольца из сорока восьми колонн красного мрамора; воду подогревали две угольные печи. Бассейн считался самой роскошной частью особняка.

По преданию, им пользовались лишь один сезон: дочь Отто Печека подхватила там воспаление лёгких и едва не умерла. После этого Печек немедленно спустил воду и навсегда запретил вход в бассейн.

Роберт Лэнгдон стоял у пустой заброшенной чаши и осматривал подземный зал в поисках выхода, отличного от узкой лестницы, по которой они с Кэтрин только что в отчаянной попытке выбраться из дома спустились сюда.

— Конечно, ты непременно нашёл бассейн, — прошептала Кэтрин, и голос прокатился эхом. — Жаль, что воды нет. Мог бы поплавать второй раз за день.