— Дым. Чтобы выбраться отсюда, нам нужен дым. — По напряжённому взгляду Лэнгдона Кэтрин поняла, что увиденное на балконе напугало его… но, возможно, подсказало решение. — Кэтрин, минуты через две по этой лестнице ворвётся вооружённый безумец.

— Я… не знаю, что у меня есть. Сумка осталась внизу, под…

— Тогда пошли за ней. Сейчас же!

Кэтрин быстро спустилась, чувствуя за спиной Лэнгдона. Теперь она разгадала его замысел. Если музейные сотрудники не прибежали на выстрел, уже ничто их не привлечёт… кроме разве что угрозы пожара в древней библиотеке.

Вчера, когда они были здесь вместе, Лэнгдон показал ей искусную фреску Яна Гибля на потолке, сетуя на три уродливых металлических диска, которые установили прямо посреди росписи в семидесятых годах прошлого века. Кэтрин подозревала, что теперь он рад присутствию этих дисков, как бы сильно они ни портили вид.

Датчики дыма.

Добравшись до низа лестницы, Кэтрин нашла сумку и поставила её на первую ступеньку. Сегодня сумка была необычайно тяжёлой: в ней лежали её рукопись, стопка из более чем четырёхсот страниц, и большая бутылка воды. Почти вслепую шаря на дне, она искала хоть что-нибудь, чем можно разжечь огонь.

Кэтрин знала, что в сумке нет ни спичек, ни зажигалки. Правда, как показывали бесчисленные телепередачи о выживании, огонь можно добыть с помощью самых обычных вещей: телефона, увеличительного стекла, батареек, стальной ваты. Но чем дольше она рылась, тем яснее становилось, что затея безнадёжна.

— Ничего нет, — прошептала она Лэнгдону, стоявшему чуть выше на лестнице. — Ни спичек, ни зажигалки. Телефон в мусорном баке. Есть перчатки, бальзам для губ, музейный буклет, злаковый батончик, бутылка во…

— Злаковый батончик? Из отеля?

— Да. Из мини-бара.

— Подойдёт.

Горючие злаки?

— Батарейки? — допытывался Лэнгдон. — Что-нибудь электронное? Фонарик, брелок, наушники — что угодно?

— Нет, Роберт, прости. Хотя… в подкладке сумки есть Clutch. Не знаю, поможет ли…

— Clutch? Это что?

— Зарядка для телефона, встроенная в сумку, — объяснила Кэтрин, раскрывая её. Она отодвинула толстую рукопись и показала Лэнгдону кончик зарядного кабеля, торчавший из подкладки. — Такой трюк от Cuyana, но удобный. Перед поездкой я её зарядила, только не знаю, сколько там осталось…

— Оставайся здесь, — сказал Лэнгдон, забирая сумку. — Скоро скажу, что делать.

Больше ничего не объясняя, он устремился вверх по винтовой лестнице.

Надеюсь, она меня за это простит, — с тревогой подумал Лэнгдон.

Прошла минута с тех пор, как он оставил Кэтрин внизу. Теперь он сидел на корточках на площадке посреди лестницы. Он отыскал злаковый батончик и положил его рядом со стопкой страниц рукописи, заранее отложенных в сторону. Затем принялся ощупывать шёлковую подкладку сумки и наконец нашёл твёрдый прямоугольник в кармашке на липучке. Вытащил его. И это зарядка? Ультратонкий Clutch Кэтрин больше походил на розовую кредитную карту с хвостиком. Надеюсь, заряд ещё есть.

Поднеся Clutch ко рту, Лэнгдон зажал кабель зубами, резко дёрнул и оторвал штекер. Затем разъединил два проводка, зачистил их зубами и на мгновение соприкоснул оголённые концы.

Яркая искра на секунду осветила темноту.

Лэнгдон надеялся, что этого хватит.

Он положил зарядку на страницы рукописи и взял злаковый батончик, который, как он и рассчитывал, был завёрнут в тонкую фольгу. Разорвав обёртку, он оторвал узкую полоску и скрутил её пальцами в подобие нити. Один конец фольгового жгутика он прикрепил к оголённому проводу Clutch, оставив другой свободным.

По идее, если присоединить второй конец и замкнуть цепь, ток пойдёт по фольге. За счёт её сопротивления электрическому току начнёт выделяться тепло… и в конце концов фольга воспламенится.

Ненадолго.

К сожалению, сверхтонкий материал прогорит за мгновение — этого слишком мало, чтобы загорелся ламинированный буклет или даже лист тонкой бумаги из рукописи. Чтобы развести огонь, Лэнгдону требовалось нечто легковоспламеняющееся.

Очень легковоспламеняющееся.

Внизу лестницы Кэтрин всё сильнее тревожилась, молча ожидая указаний от Лэнгдона. Оставайся здесь… Скоро скажу, что делать, — велел он. Она слышала, как Роберт возится наверху, а затем устраивается посреди лестницы на решётчатой площадке, где они недавно прятались.

Помимо шагов Лэнгдона, из библиотеки доносилась череда громких пронзительных скрежетов — по его словам, это передвигали витрину. Теперь скрежет прекратился, — заметила Кэтрин, чувствуя, что времени почти не осталось.

Страх нарастал. Она вновь посмотрела на металлическую решётку, где работал Лэнгдон, и удивилась: свет, сочившийся сквозь ячейки, внезапно изменился. Теперь это были не только бледные лучи из люка наверху… появилось мерцающее зарево.

Огонь?

У него получилось?!

Ошеломлённая, она затаила дыхание и стала ждать…