— В принципе да. Но за пределами города ими запрещено пользоваться: они слишком хрупкие и не выдерживают столкновения с метеоритами. Для дальних вылетов у нас есть более прочные аппараты — вроде тех, что отправлялись за вами к хребту Плутона.

Внезапно зазвонил колокол. Тем остановил спутника.

— Час проклятий! Делайте, как я.

Он посмотрел вверх. Все на улице замерли и подняли глаза к Земле. Из толпы поднялся страстный шёпот:

Земля, которой мы лишены!

Мы жаждем тебя, как плода, висящего на ветви.

«Они все сошли с ума», — подумал Жа.

Земля, близок день, когда мы вернём тебя себе.

Мы припадём к твоим наслаждениям

с тем большей жадностью,

чем дольше нам пришлось ждать.

Жа искоса посмотрел на Тема. Тот безразлично произносил текст:

Земляне, изгнавшие нас!

Потому что вас было много,

потому что вы были глупы

и называли это правосудием,

Земляне, скоро мы вернёмся,

чтобы властвовать над вами, презирать вас и порабощать,

и наша месть будет тем сильнее,

чем дольше нам пришлось её ждать!

«Месть — блюдо, которое едят холодным», — заключил про себя Жа. «Ну и настроены же они против нас!»

Толпа снова задвигалась. Тем повлёк Беналя дальше.

— Ну как вам? — спросил он.

— Возвышающая поэма, — ответил Жа.

Тем подозрительно посмотрел на него и улыбнулся.

— Вы неискренни.

— Почему же? — возразил Беналь.

— Признайтесь: вы ведь не испытываете особой ненависти к землянам, которых только что покинули, несмотря на всё, что они с вами сделали.

— Как? Но…

Тем дружески взял его под руку.

— Послушайте. Мне кажется, вам можно доверять. Вы только что видели, как все они хором декламировали: «Земля, которой мы лишены…» и так далее. Что ж, я скажу вам, что думаю на самом деле. Половина из них, включая меня, совершенно плевать хотела на весь этот спектакль. Они родились на Луне и прекрасно здесь живут. Четверть искренни — просто потому, что более истеричны, чем остальные, и сильнее поддаются официальной пропаганде. Невротики, одним словом! Последняя четверть — настоящие ссыльные, вроде вас. Надо признать, что большинство из них — кандидаты на виселицу. Отбросы, от которых Земля справедливо избавилась. Люди, на которых нельзя положиться.

Жа улыбнулся. Тем подмигнул и продолжил:

— Ваше поведение доказывает, что я правильно вас оценил. Большинство набросилось бы на меня за такие слова. Но вы не такой. Вы слишком хорошо понимаете своё превосходство, чтобы обижаться…

— Продолжайте, — сказал Жа.

— Я хочу сказать, что вас отправили сюда случайно — по року, по случайности или из-за судебной ошибки. Вы нормальный человек! Вы никогда не поддадитесь этой коллективной истерии, этой лихорадке мести. А я, хотя и внук ссыльного, совершенно не злюсь на Землю. Мне любопытно, что там, я хочу побывать на ней, но как турист, а не как завоеватель.

— Судя по всему, что я видел после прибытия, — сказал Беналь, — вы живёте здесь при полицейском режиме. И, по-моему, вы слишком много говорите, старина. А если я провокатор?

Тем посмотрел ему прямо в глаза.

— Нет, — сказал он. — Но отчасти вы правы. На сегодня достаточно. Мы ещё вернёмся к этому разговору. Такие вещи не обсуждают посреди улицы.

Тем свернул влево, и они поднялись по рампе, ведущей внутрь здания. Войдя, они оказались в круглом холле, выложенном базальтовыми плитами. Потолок терялся где-то в вышине. Подняв голову, Жа ощутил себя на дне колодца.

Проводник увлёк его к середине зала, на металлическую плиту, и произнёс:

— Двадцать четыре!

Жа удивлённо почувствовал, как вместе с Темом поднимается вверх по шахте. Предположив, что их поднимает металлическая плита, он посмотрел вниз — и увидел, что его ноги ни на что не опираются. Он буквально взлетал.

— Полимагнит, — коротко объяснил Тем.

— Остроумное применение, — оценил Беналь.

Они остановились перед проёмом и вошли в коридор, в конце которого друг против друга стояли две двери.

— Вы живёте слева. Я — напротив, — сказал Тем. — Зайдём к вам.

Они остановились перед дверью и услышали с другой стороны мелодичный звон. Мягкий голос произнёс:

— Войдите!

Они двинулись вперёд, и перегородка дематериализовалась перед ними. Им робко улыбнулась необыкновенно красивая светловолосая девушка.

— Это Нира Слид, A.E.712, — сказал Тем Беналю. — Нравится?

— Я… Да, она очень красивая.

— Вот твой господин, — сказал Тем женщине. — Он новоприбывший, позаботься о нём.

Затем он повернулся к Жа:

— Если вам что-нибудь понадобится, не стесняйтесь обращаться. Я живу рядом. Оставляю вас.

Уже собираясь выйти, Тем обернулся:

— Если вдруг она вас не устроит, скажите мне. Я найду вам другую.

ГЛАВА XX

Он ушёл, оставив Беналя один на один с Нирой совершенно ошеломлённого. Когда молчание затянулось, девушка улыбнулась ещё шире и спросила: