Справа от меня, за письменным столом красного дерева, сидел Леонард Хауэлл, низко склонившись над ним и обхватив руками затылок. Он глубоко вздохнул, отпустил голову и выпрямился. На столе перед ним лежали девятимиллиметровая «Беретта» и какой-то иллюстрированный журнал. За спиной у него я углядел ту самую фигуру, силуэт которой виднелся в дверном проеме, когда я подъехал на лимузине к дому. Женщина оказалась довольно привлекательной. Ее осанка и дорогие духи явно исходили от брака с парнем вроде Хауэлла. Я где-то читал, что первый муж этой дамы умер от отравления угарным газом и что они с Хауэллом сошлись почти сразу после смерти его первой жены. Странно, как смерть способна свести между собой двух совершенно разных людей…

Ее пепельные волосы в небрежной манере рассыпались по плечам, когда она наклонилась и чмокнула Хауэлла в щеку. В этом поцелуе не было нежности. Он казался чем-то машинальным.

– Ты в этом уверен? – спросила женщина.

– Это единственный способ, – сказал Хауэлл.

Она кивнула и направилась к двери. Проходя мимо меня, задержала на мне взгляд. Я уловил запах спиртного. Здоровяк закрыл за ней дверь, вернулся и просунул свои толстенные ручищи мне под мышки.

– Руки вверх – я должен вас обыскать, – объявил он.

Я поднял руки и подождал, пока он не охлопает меня с ног до головы.

– Меня уже обшмонало ФБР. У вас тут достаточно правоохранителей, чтобы захватить небольшую страну. Что вообще происходит? – поинтересовался я.

Никто мне не ответил.

Я почувствовал, как здоровяк забрал у меня телефон и бумажник, которые он положил на стол перед Хауэллом.

– Проследи, чтобы мобильник был выключен, – приказал тот.

Секунду толстые пальцы пытались нащупать выключатель питания. В конце концов детина вроде добился успеха, и я увидел, как экран почернел. Хауэлл проверил телефон, чтобы убедиться, что тот и в самом деле выключен.

– Спасибо, что приехал, Эдди. Боюсь, я должен принести тебе сразу два извинения. Во-первых, я настаиваю на безопасности и приватности – так что прошу простить присутствующего здесь Марлона. Во-вторых, в свое время я отвечу на все твои вопросы, но, к сожалению, вынужден сообщить, что впереди у нас очень долгая ночь.

Глава 5

Хауэлл выглядел намного хуже, чем когда я в последний раз видел его по телевизору. Кожа у него приобрела серый оттенок, вокруг глаз залегли темные круги. Сами глаза выглядели напряженными, воспаленными и полными боли. Для мужчины на пороге шестого десятка он казался на удивление тощим, и все же сквозь белую шелковую рубашку можно было углядеть признаки куда более молодого и рельефного телосложения. Широкие плечи и грудь, хорошо развитые руки… Черные как смоль волосы – наверняка благодаря двухсотдолларовой покраске в пафосной парикмахерской.

Руки у него слегка подрагивали, что я списал на физическое и нервное истощение.

– Джентльмена, который проводил тебя сюда, зовут Марлон Блэк. Он отвечает за охрану дома, – сообщил Хауэлл.

Повернувшись в указанном направлении, я уперся взглядом в необъятную грудь Марлона.

– Он не силен по части светских любезностей, – добавил хозяин.

Я протянул руку. Марлон ответил мне простым кивком.

– А позади тебя – мистер Маколи. Он мой коллега.

Маколи я руку протягивать не стал. Смуглый мужчина в темно-синем костюме прикурил сигарету и просто улыбнулся мне.

– Присаживайся, пожалуйста, – предложил Хауэлл.

Кресло напротив него выглядело антикварным. Я осторожно сел.

Поставив локти на стол и подперев ладонями подбородок, Хауэлл оглядел меня с ног до головы. Пистолет на столе был явно выложен чисто в качестве реквизита. Почему-то Леонард Хауэлл хотел поставить меня в известность, что это он здесь главный.

– Как доехал? Джордж не слишком-то хороший водитель, равно как и собеседник. Но у него доброе сердце, и я ему доверяю. Такого в своем подчиненном не купишь, – сказал он.

– Нормально доехал. Мне нравится Джордж. Он вроде хороший человек.

– Хороших людей трудно найти. Когда у тебя есть такой, как Джордж, то ты держишься за него и хорошо с ним обращаешься. Я научился этому у твоего отца. Мне было очень жаль слышать, что его не стало.

Я кивнул.

– Все в нашей округе знали Пэта Флинна. Аферист божьей милостью, а ставки принимал у народа по-честному. Работал со своей командой как истинный профи. Если ты был в деле, то все у тебя было в шоколаде, но дай Пэту хоть один повод усомниться в тебе – и получай коленом под зад. Все у него держалось на доверии. Я такое уважаю. Твой отец был добр ко мне, когда я был еще пацаном. Я знаю, он очень гордился бы тем, кем ты теперь стал.

– Он никогда не хотел, чтобы я жил такой жизнью. Не хотел учить меня напаривать людей. Это вы помогли убедить его в обратном, – напомнил я.