— Да неужели? — Тайлер проводит рукой по волосам. Внезапно он выглядит старше, будто я его измотал. — Коул, послушай. Позвони в полицию. Передай им всё, что собрал, и пусть разбираются сами. Тебе нельзя в это так ввязываться.

— А доказательства? Всё, что мне известно, я получил, скажем так, не совсем законным наблюдением.

Тайлер долго вглядывается в моё лицо.

— Насколько глубоко ты в это увяз, Коул? Только честно.

Вопрос заставляет меня задуматься о собственных поступках. Я знаю, что увяз по уши, но старательно гоню эти мысли прочь. Если не присматриваться к проблеме, можно сделать вид, что её не существует.

Верно?

— Настолько, что назад дороги уже нет, — признаюсь я.

— Назад можно вернуться всегда. Просто чем дольше тянешь, тем труднее будет. — Тайлер оглядывает почти пустой зал и снова смотрит на меня. — Приходи на встречу на следующей неделе. Расскажи Трейси, что происходит. Позволь группе помочь тебе разобраться с этим, пока ты окончательно не разрушил отношения с Хейли.

— Какие отношения? Она уже что-то подозревает. Вчера мы случайно встретились в кофейне, и она от меня буквально сбежала. Так рванула, будто я чумой болен.

— Потому что интуиция подсказывает ей: что-то не так. Люди чувствуют, когда за ними наблюдают, даже если не могут объяснить свои ощущения. — В голосе Тайлера слышится тяжёлая печаль, словно он говорит по собственному опыту. — Ты ещё можешь всё исправить. Но только если остановишься сейчас и скажешь правду.

От одной мысли, что придётся во всём признаться Хейли и увидеть, как исчезает доверие из её глаз, когда она поймёт, насколько бесцеремонно я вторгся в её личную жизнь, меня начинает мутить.

— Я не могу её потерять, Тайлер.

— Тогда перестань делать то, из-за чего ей захочется от тебя сбежать.

Телефон вибрирует, сообщая об уведомлении. Я бросаю взгляд на экран, и у меня всё обрывается внутри.

Ларс-Говнюк снова куда-то направляется. Его нынешнее местоположение? В трёх кварталах от дома Хейли.

— Мне пора, — говорю, уже хватая спортивную сумку.

— Коул, подожди…

— Не могу. Он опять возле её дома.

Когда я поворачиваюсь к выходу, Тайлер хватает меня за руку.

— Вот именно об этом я и говорю. Прямо сейчас ты выбираешь слежку вместо выздоровления. Ты это понимаешь?

Смотрю сначала на его ладонь у себя на руке, потом ему в лицо.

— Это важнее. Ты должен понять.

— Я понимаю, что ты потеряешь всё, если не отойдёшь от края пропасти.

Высвобождаю руку.

— Я подумаю насчёт встречи.

— Коул…

Но я уже ухожу, думая только о том, как добраться до машины, до дома Хейли и не подпустить к ней Ларса-Говнюка.

Запрыгиваю в пикап и вставляю ключ в замок зажигания. Не успеваю включить заднюю передачу, как открывается пассажирская дверь и внутрь забирается Тайлер.

— Ты что творишь? — рявкаю я, глядя на него как на окончательно спятившего.

— Еду с тобой. — Тайлер вскидывает руки. — Если остановить тебя не получается, ты не оставил мне выбора. Кто-то же должен тебя сдерживать.

Я прищуриваюсь, с трудом осмысливая его слова. Усталость опускается на мозг серым туманом, и всё вокруг будто замедляется. А может, мир движется с прежней скоростью, просто я не поспеваю за ним? Мне некогда задерживаться. Только не тогда, когда Хейли в опасности.

— Вылезай.

— Нет. — Тайлер пристёгивается и складывает руки на груди.

— Да пошло оно всё, — выплёвываю я, включаю заднюю передачу и вылетаю с парковки.

Включаю закреплённый в машине монитор, не заботясь о том, что Тайлер его увидит. Он и так уже всё знает.

На спутниковой карте появляется движущаяся зелёная точка, обозначающая местоположение Уинтерса. Тайлер шумно втягивает воздух.

— Коул. Какого хрена ты вообще натворил?

Крепче сжимая руль, качаю головой.

— То, что должен.

— Нет ни одной ситуации, в которой ты должен такое делать. Позвони копам, чувак. Пусть сами разбираются.

Чувствую, как трещина в моём сознании расползается всё шире.

— Ты не понимаешь? — Я и сам слышу, что говорю как безумец. — Им плевать. Мы трижды обращались в полицию, и они ничего не сделали. Он считает, что она принадлежит ему. Но она моя.

Краем глаза вижу, как у Тайлера отвисает челюсть. Он тут же захлопывает рот с отчётливым щелчком.

— Ты ведь не всерьёз? Она не твоя. Люди не могут принадлежать другим людям.

— Кто сказал?

Ну да, теперь я точно звучу как псих. Но мне уже всё равно. Страх, ярость и желание защитить её закручиваются внутри ураганом. Чувства колотятся о череп, сметая последние остатки самообладания.

Я слишком резко вхожу в поворот. Шины взвизгивают.

— Да буквально все! Ты ею не владеешь. Может, вы и встречаетесь, но она самостоятельный человек и заслуживает уважения и права решать за себя. Ты не можешь распоряжаться её жизнью, Коул. Этим ты только всё испортишь. Отступи, пока не поздно.

Какая-то часть меня понимает, что он прав. Я знаю, что Хейли мне не принадлежит. Но одна мысль о том, что она не моя, пронзает паникой бушующую внутри бурю.