О Тимуре. Его запах до сих пор, кажется, въелся в мои рецепторы.

Ну уж нет. Хватит.

Я решительно поднимаюсь с кровати, подхожу к маленькому зеркалу.

Быстрым движением стягиваю резинку, распуская свою прямую короткую карешку, расчёсываю пальцами волосы. Из самого низа шкафа достаю широкие джинсы со стразиками — покупала их сто лет назад на распродаже, поддавшись минутному порыву, но так ни разу и не надела, стесняясь выглядеть слишком броско.

К ним в пару выбираю белую блузку с жесткими кожаными вставками.

Быстро переодеваюсь, бросая короткий взгляд на своё отражение. Непривычно. Ярко. На пацана со скейтом я сейчас точно не похожа.

В таком виде я и выхожу из комнаты, запирая дверь на ключ. Надо поскорее добраться до метро, чтобы успеть к самому началу выступления Костика, поддержать его. Я достаю телефон на ходу, открываю вбитый адрес, чтобы проложить маршрут… и замираю прямо посреди коридора общежития.

Только вот это оказывается вовсе не в центре города, как я думала.

Точка на карте горит в Кронштадте.

Глава 11.

Я вернулась в комнату, чтобы забрать скейт, который в спешке оставила у двери , и в этот самый момент в полумраке коридора замечаю Костю. Он топчется у нашего порога, неловко переминаясь с ноги на ногу.

— О, привет, — выдыхаю я, поправляя сумку на плече. — А я как раз хотела тебе написать.

Костя вскидывает голову, его глаза округляются от удивления, когда он оглядывает мой непривычный наряд — джинсы со стразами и блузку.

— А ты чего такая… ? — в его голосе звучит неподдельный восторг. — Красивая.

— Да, у меня освободилось время, работы сегодня нет. Так что я решила тусануть с вами.

- Правда?! Круто! А я как раз Хотел у тебя гитару попросить, — он виновато чешет затылок. — Моя походу накрылась в самый неподходящий момент.

Я невольно морщусь. Внутри всё противно сжимается. Я на многое готова ради друга, Костя золотой парень, но гитара… Это слишком личное.

— Я верну в целости и сохранности, честно! Ты не переживай, — умоляюще тараторит он, видя моё замешательство. — Ну Марик, ну пожалуйста… Скоро выступление, мне край надо.

— Ладно, — вздыхаю я.

Я открываю дверь в третий раз за этот проклятый день и ловлю себя на жуткой, липкой мысли: не к добру эти постоянные возвращения.

Достаю из чехла гитару и отдаю Косте инструмент.

Эта гитара — не просто кусок дерева. Она осталась мне ещё от отца. Одно из немногих воспоминаний о той, прошлой, счастливой жизни, которое мне чудом удалось сохранить, несмотря ни на что — ни на приют, ни на долги.

— Кость, только аккуратнее с ней, умоляю.

Передаю ему чехол, и парень бережно, словно хрустальную вазу, прижимает его к себе.

— Ну что, погнали? — он широко улыбается, пытаясь разрядить обстановку. — Ты, кстати, выглядишь отпадно. Словно на свидание собралась.

— Да ну тебя, — бурчу я, выходя вслед за ним и запирая замок, прижимая к себе скейт. Возьму с собой, кто знает как потом придется до дома добираться. — Слушай, Кос, а ты вроде говорил, что вечеринка в центре. А точка на карте стоит в Кронштадте.

— Да, перенесли в последний момент, — отмахивается он, пока мы спускаемся по заплеванной лестнице на первый этаж. — Там организаторы переиграли всё. Намечается нечто грандиозное, какой-то закрытый вип-клуб.

— И позвали вас? — я скептически приподнимаю бровь. — Ты только не обижайся…

— Не буду, — Костя задорно подмигивает мне, открывая тяжелую входную дверь общаги. — Но ты помни, что у меня в руках твоя гитара, так что полегче на поворотах.

На улице нас встречает его старенькое, повидавшее виды «рено».

Чуть позже, у ближайшей станции метро, к нам присоединяются остальные участники его группы. Цапля, Кот и Верник. Атмосфера в машине накаляется, парни на взводе, громко спорят и перебивают друг друга.

- Я вообще не понимаю, нахер мы туда едем, - возмузается Кот. – Притон пожи какой – то.

— Блин, про эту вечеринку даже не написано нигде, ни в одном паблике, ни в телеге, — Поддерживает Верник, кудрявый, немного истеричный айтишник.

- Да вы ничего не понимаете. Чистый закрытый инсайд. Значит, там будут самые-самые сливки общества. Кто – то из них наверняка захочент нас продюсировать.

— А как вы-то тогда туда оказались приглашены? — я оборачиваюсь к парням, цепляясь взглядом за Альберта. — Кто вас позвал?

— Хантер, — легко отвечает Цаплин. — Встретились с ним пару дней назад на одной тусе в клубе, он послушал демо и сказал, что мы круто играем.

Перехватывает дыхание. Пальцы судорожно впиваются в коленях в джинсовую ткань. Я резко, едва не вывернув шею, оборачиваюсь назад:

— Хантер? Тимур? - словно есть еще какие - то в этом городе.

— Ну да. А ты что, его знаешь?

— Он парень моей сестры, — выдавливаю я, глядя на парней округлившимися глазами. — Так что да, знаю.