— Мы блондины с голубыми глазами, и люди всегда будут хорошо о нас думать. Мы — реинкарнация ангелов. Даже если некоторым мы напоминаем любимых внуков Гитлера.

— Я никогда не пользовалась своей внешностью в своих интересах и не хочу этого делать.

— Ты живёшь в Соединённых Штатах , ты белая , поэтому ты привилегированная. Косвенно ты пользуешься с самого рождения.

Она направила на меня пульверизатор.

— Даже не пытайтесь сменить тему ни на секунду . Надеюсь, вы понимаете, что я имею в виду, и перестанете.

— Думать, что я тебе нравлюсь, и ты чувствуешь себя виноватой, потому что должна меня ненавидеть?

— Как вы можете думать, что мне нравится тот, кто заставляет меня оставаться здесь, мистер Стрэнджер?

— Мистер Стрэнджер означает придурок?

— Вроде того.

Я снова расхохотался. Кеннеди Слоун определённо была время провождением, одним из лучших. Она вернулась к уборке, хотя я и заметил на её губах сдержанную улыбку . Я понимал её: Кеннеди не хотела общаться с врагом, но я только начал её провоцировать и заставил бы уступить.

— Расскажи мне о том времени, когда ты была чирлидершей.

— Что будете делать с моими историями, — высмеивать и использовать против меня?

— Обещаю, я не буду делать ни того ни другого.

— Я не заключаю сделок с дьяволом.

— Дьявол не идёт на компромиссы, он просто берёт то, что хочет.

— Дьявол со светлыми волосами и голубыми глазами.

— Люцифер — падший ангел, твоё утверждение верно.

Она покачала головой и продолжила, не отвечая.

— Если ответишь мне, я подумаю о том, чтобы быть с тобой великодушнее.

— Если скажете мне, зачем вам это нужно, я, возможно, отвечу .

— У меня есть представление о тебе, но ты всегда склонна его опровергать.

— Тогда расскажите мне, что вы знаете обо мне, возможно, я смогу это подтвердить.

— Не меняй правила.

Она снова фыркнула.

— Я была чирлидершей и жила нормальной жизнью обычной школьницы.

Ни хера её жизнь не была обычной, и всё же Кеннеди повторила это во второй раз.

— Определи своё представление о нормальности.

— Я ходила в школу, училась игре на фортепиано, не употребляла наркотики и была хорошей ученицей. Мне нравилось проводить вечера за боулингом или просмотром сериалов. Вы довольны?

— Никаких перспектив?

— Я мечтала стать адвокатом.

— Это не твой путь.

— Откуда вам знать?

— Я имел дело с некоторыми из них, и ты не из их числа.

— Ох, одного из ваших я хорошо знаю, но могу заверить, есть и адвокаты с этикой.

— Как ваш? Он плохо справился со своей работой, должен заметить это ещё раз.

Кеннеди бросила на меня презрительный взгляд.

— У тебя был парень? — Я сменил тему .

— Это личное.

— Значит, да. Он был капитаном футбольной команды?

— Считаете меня ходячим клише?

— Не вижу ничего плохого в клише. Они могут обнадёживать.

— Моя жизнь была обнадёживающей.

Я поправил под головой подушку.

— Он хорошо к тебе относился?

— Не ваше дело.

— Интересно, ты действительно не хочешь увидеть позитивную сторону?

Она остановилась и снова пригрозила мне этим едким замечанием.

— Я знаю, к чему вы клоните, и нет , я не хочу этого понимать. Потому что вы всё равно показали бы своё истинное лицо, даже если бы не разорили нас.

— Не согласен. Люди проявляют свою худшую сторону в трудные времена. Если бы твоя жизнь шла гладко, ты бы, наверное, вышла замуж, родила пару сопляков и никогда не поняла, какой трус тот мужчина, с кем ты спала.

— Если вы так говорите, мистер Стрэнджер… — саркастически ответила она.

— Я на несколько лет тебя старше.

— На сколько? — огрызнулась она.

— Одиннадцать.

— Судя по тому , как вы это говорите, звучит как пятьдесят.

Она вернулась к уборке и игнорированию меня.

— Факт остаётся фактом: в комнате, где я сплю — бардак.

Её взгляд стал менее подозрительным.

— Я когда-нибудь давал тебе повод думать, что ты мне нравишься?

— Это факт, я вам не нравлюсь.

— Но ты ошибаешься, ты мне нравишься, Кеннеди.

— Прекратите.

Жаль, ведь я только начал.

— Если бы я встретил тебя в старшей школе, ты бы отвела меня за трибуны для регби. Тогда я бы пригласил тебя на свидание.

И я представил её на коленях передо мной.

— Мистер Стрэнджер…

— У нас не было чирлидерш, но девочки носили школьную форму , их юбки были потрясающие. Мой лучший друг встречался с одной из них; он был влюблён в неё с детского сада. Они пошли в кино, он думал, что это романтично, но как только погас свет , она сделала ему минет, и он убежал в ужасе. Девочки в католическом колледже Святого Беды были удивительными.

Я усмехнулся, вспоминая историю Рэгдолла. Я до сих пор подшучивал над ним, двадцать лет спустя.

Кеннеди спустилась по лестнице и, опустив руки вдоль тела, укоризненно посмотрела на меня.