Дорога обратно в мой пентхаус дает мне время подумать о встрече. Пощечина Бет все еще саднит, но ее слова жалят сильнее. Не потому, что они ранят, а потому, что подтверждают то, что я подозревал. Сафи запуталась. В конфликте. Подвергает сомнению все, что, как она думала, она знала о себе и о том, чего хочет.

Идеально.

Я наливаю себе бокал восемнадцатилетнего Macallan и устраиваюсь в любимом кресле, том, что стоит лицом к панорамным окнам с видом на город. Отсюда Лондон расстилается подо мной, как шахматная доска, полная ходов и контрходов, стратегий и эндшпилей.

Я собирался дать Сафи пространство, но слова Бет изменили мое решение. Если Сафи запуталась, если она все подвергает сомнению, то это как раз неподходящее время исчезать. Это время, когда я должен присутствовать, предлагать ясность в хаосе, который создал.

Я достаю телефон и долго смотрю на пустой экран сообщений. Что сказать женщине, которая целовала меня так, будто от этого зависела ее жизнь, а затем убежала в стыде? Как достучаться до той, кто отчаянно хочет меня, но не признается в этом себе?

Наконец я печатаю: Думаю о прошлой ночи. О тебе. О том, как ты чувствовалась в моих объятиях.

Слишком много. Я удаляю и пробую снова.

Спасибо за прошлую ночь. Это было... поучительно.

Слишком официально. Удаляю.

Я все еще чувствую твой вкус.

Определенно слишком много. Удаляю.

В конце концов я останавливаюсь на чем-то простом, что проберется под ее кожу без явной угрозы:

Доброе утро, Сафи. Надеюсь, ты хорошо спала.

Я нажимаю «отправить», прежде чем успеваю усомниться, затем откидываюсь в кресле, чтобы ждать. Она может не ответить сразу. Может вообще не ответить. Но она увидит, и она подумает обо мне, и сейчас этого достаточно.

Послеполуденное солнце проникает сквозь окна, окрашивая все в золотые и янтарные тона. Где-то в городе Сафи, вероятно, пытается убедить себя, что прошлая ночь была ошибкой, что то, что она чувствовала, было нереальным. Ее подруга, вероятно, будет поощрять ее выбирать безопасность вместо страсти, комфорт вместо правды.

Но я чувствовал, как она отвечала мне. Я пробовал ее желание, чувствовал честную реакцию ее тела на мое прикосновение. Никакая рационализация не изменит этого.

Пусть пытается выбрать безопасный путь. Пусть цепляется за своего предсказуемого парня и комфортную жизнь. Это не сработает. Я уже показал ей, чего ей не хватает, уже посеял семена неудовлетворенности, которые будут расти, пока не задушат все остальное.

Она моя. Она просто еще не знает этого.

Но узнает. Очень скоро.

Глава восемнадцатая

Сафи

Утро понедельника наступает с весом нормальности, которого я так жаждала. Выходные казались бесконечными: два дня прокручивания в голове пятничной ночи, ненависти к себе за то, что я сделала Деймону, и за то, что меня привлекает Себастьян Блэквуд.

Я погружаюсь в работу с интенсивностью, граничащей с манией. Каждое письмо получает немедленный ответ. Каждый документ изучается с микроскопическим вниманием к деталям. Когда Миранда замечает, как я сосредоточена, я просто улыбаюсь и говорю, что пытаюсь продвинуться в проекте прибрежной застройки.

Это не совсем ложь. Работа безопасна. Работа предсказуема. Работа не включает опасных мужчин с серыми глазами, которые заставляют меня забыть все моральные принципы, которых я когда-либо придерживалась.

Я ловлю себя на том, что открываю сообщение Себастьяна в течение всего утра, перечитывая его слова снова и снова, будто они содержат скрытое послание. Что нелепо. Это просто слова. Бессмысленные слова от мужчины, о существовании которого мне нужно забыть.

Так почему же я продолжаю их перечитывать?

— Сафи? — Миранда появляется у моего стола, выглядя обеспокоенной. — Ты смотришь на свой телефон уже десять минут.

Я быстро закрываю сообщение и убираю телефон в ящик. — Прости, просто... проверяла кое-что.

— Все в порядке? Ты кажешься немного не в духе сегодня.

— Я в порядке. — Слова выходят резче, чем я намеревалась. — Просто сосредоточена на работе.

Миранда приподнимает бровь, но на этот раз не настаивает.

Утро проходит без происшествий. Я просматриваю документы по приобретению, готовлю брифинги для предстоящих встреч и отвечаю на письма с эффективностью, которой мои университетские профессора могли бы гордиться. Видите? Я могу прекрасно функционировать, не думая о Себастьяне Блэквуде каждые пять минут.

За исключением того, что я думаю о нем каждые пять минут. Как он смотрел на меня в том переулке. Как его руки ощущались на моей коже. Как он целовал меня, будто заявлял права на то, что принадлежало ему.

Я резко трясу головой, зарабатывая странный взгляд от Оливера, проходящего мимо моего стола. Это должно прекратиться. Я сделала выбор. Я выбрала Деймона, выбрала свои отношения, выбрала жизнь, которая имеет смысл. Я не могу продолжать мучить себя воспоминаниями о моменте, который никогда не должен был случиться.