— Хватит. — Бет поднимает руку. — Просто хватит. Ты оправдываешься, и мы обе это знаем. Ты хотела поцеловать его. Ты хотела, чтобы он прикасался к тебе. И теперь ты пытаешься рационализировать это, потому что это не вписывается в то, кем, как ты думаешь, ты должна быть.

Слезы жгут глаза. — Я не могу хотеть его, Бет. Не могу. Посмотри, что он сделал со мной, что он заставил меня сделать. Он терроризировал меня неделями.

— Или преследовал тебя единственным известным ему способом.

— Не защищай его. — Я усмехаюсь, делая слишком большой глоток вина.

— Я не защищаю его. Его методы отвратительны, абсолютно. Лично я считаю, что он придурок. Но я пытаюсь заставить тебя увидеть, что, возможно, все не такое черно-белое, как тебе хочется.

Я резко встаю и направляюсь к окну. Улица внизу тихая, нормальные люди живут нормальной жизнью. Ни сталкеров, ни опасных мужчин с серыми глазами и убийственными улыбками. Ни невозможного выбора между безопасностью и желанием.

— Что ты предлагаешь мне делать? — спрашиваю я, не оборачиваясь.

— Я думаю, ты должна быть честна с собой о том, чего хочешь. И я думаю, ты должна быть честна с Деймоном о том, что случилось сегодня вечером.

Я поворачиваюсь. — Я не могу сказать Деймону, что целовала другого мужчину!

— Почему нет?

— Потому что это уничтожит его. Потому что это положит конец нашим отношениям.

— Было бы это так плохо?

Вопрос повисает в воздухе, как физический удар. — Да! Конечно, было бы плохо! Я люблю его!

— Любишь? — снова спрашивает Бет.

Я хочу спорить, защищать свои отношения, свои чувства. Но что-то останавливает меня. Крупица честности, которую я не готова рассматривать.

— Даже если у меня... даже если у меня есть сомнения насчет Деймона, это не значит, что Себастьян — ответ. Этот человек опасен, Бет. Что бы я ни чувствовала сегодня вечером, это не меняет того, кто он есть.

— Нет, — соглашается она. — Не меняет. Но это может изменить то, кто ты есть.

Я возвращаюсь на диван, внезапно обессилевшая. — Я не хочу меняться. Я нравлюсь себе такой. Мне нравится моя жизнь.

— Да? Правда? Или тебе нравится идея твоей жизни?

— Перестань задавать мне этот вопрос. — Мне не нравится, что она загнала меня в угол.

— Я перестану, когда ты перестанешь врать себе. — Голос Бет мягок, но тверд. — Сафи, ты моя лучшая подруга. Я люблю тебя. И я наблюдала, как ты существуешь в последний год твоих отношений с Деймоном. Ты выполняешь движения, говоришь правильные слова, но там нет страсти. Нет огня.

— Не всем нужен огонь.

— Тебе нужен. — Она наклоняется вперед. — Тебе нужен, и сегодняшний вечер это доказал. Когда Себастьян Блэквуд поцеловал тебя, ты ожила так, как я не видела годами.

Правда ее слов бьет меня, как физический удар. — Что мне с этим делать? Сбежать со своим сталкером? Взорвать всю свою жизнь ради человека, который меня пугает?

— Я не знаю, — честно говорит Бет. — Но я думаю, тебе нужно понять, чего ты на самом деле хочешь, прежде чем давать Деймону новые обещания.

— Я хочу, чтобы Себастьян оставил меня в покое, — твердо говорю я. — Я хочу забыть, что сегодняшний вечер был. Я хочу, чтобы моя жизнь вернулась в нормальное русло.

— Хорошо. — Бет не звучит убежденной, но она не спорит. — Если ты этого хочешь, тогда тебе нужно быть сильнее, чем ты была сегодня вечером. Тебе нужно убедиться, что ты больше никогда не останешься с ним наедине.

— Я буду. Сегодняшний вечер был моментом слабости. Это больше не повторится.

— А Деймон?

Я делает глубокий вдох. — Я сделаю так, чтобы наши отношения работали. Я стану лучше. Я сосредоточусь на том, что у нас есть, что мы строим вместе.

— Сафи...

— Нет. — Я снова встаю, внезапная решимость заливает меня. — Я знаю, чего хочу. Я хочу своих отношений. Я хочу своей нормальной жизни. Я хочу забыть, что Себастьян Блэквуд существует.

Бет смотрит на меня грустными, знающими глазами. — А если он не даст тебе забыть?

Вопрос посылает дрожь по мне, но я отталкиваю ее. — Тогда я буду сильнее. Я буду сопротивляться его больному контролю, который он думает, что имеет надо мной.

— Хорошо, — тихо говорит Бет. — Если ты этого хочешь.

— Хочу. — Я допиваю вино и ставлю бокал с большей силой, чем необходимо. — Мне нужно идти домой. Нужно позвонить Деймону.

— Ты собираешься рассказать ему, что случилось?

— Нет. — Ответ приходит сразу. — Нечего рассказывать. Я совершила ошибку, и она не повторится.

Бет не спорит, но я вижу скептицизм в ее глазах. Она думает, что я лгу себе.

Возможно, она права. Но я лучше буду в безопасности с Деймоном, чем разрушена Себастьяном Блэквудом.