Искушенная грехом

Искушенная грехом

Автор: Данни-Ли Мэй

Серия: В плену греха. Книга 1

Искушенная грехом

Пожалуйста, обратите внимание на следующее

предупреждения о триггерах, которые относятся и к этой книге.

Читайте с осторожностью [или наслаждайтесь].

● Сталкер

● Сексуальное насилие над ребенком (не описано)

● Убийство

● Пыткы

● Преступная деятельность.

Искушенная грехом

Для моих книжных друзей, которые обожают плохих парней: пусть главный герой этой книги станет тем самым начитанным бойфрендом, которого вы все заслуживаете.

Для всех остальных? Наслаждайся своей грязью.

И постарайтесь не судить этого мужчину слишком строго…

Аннотация

Себастьян Блэквуд привык получать желаемое. Глава империи, которую он сам создал, выстроил и отнял у других, он берёт то, что пожелает и когда пожелает. Так продолжается до тех пор, пока он не встречает Сапфир.

У Сапфир Дженкинс есть всё: новая работа, любимый парень, лучшая подруга. Её жизнь идеальна и предсказуема, — пока она не встречает Себастьяна Блэквуда.

Границы пересекаются, битвы ведутся, когда Себастьян пытается заполучить то, что, казалось бы, ему недоступно, а Сапфир изо всех сил борется с искушением, которому не должна поддаваться.

Важно!

Данный перевод является любительским, не претендует на оригинальность, выполнен не в коммерческий целях. После прочтения удалите файл

Перевод текста осуществлял телеграмм-канал "Mafia World" больше горячих и мафиозных новинок вы сможете найти на канале

Глава Первая

Себ

— Можно мне войти? — спрашиваю я мягко, зная, что нежным я, черт возьми, не буду. Она смотрит через подлокотник моего дивана в кабинете и наблюдает, как мой телохранитель играет в какую-то дурацкую игру на телефоне.

— Не смотри на него, смотри на меня, — говорю я ей, сжимая ее подбородок и поворачивая к себе.

Она лежит на моем черном кожаном диване, ноги раздвинуты, свидетельства того, как сильно она меня хочет, размазаны по сиденью. Ее глаза устремлены на меня, желание и страх воюют друг с другом. Именно такой я и хочу ее видеть. Власть в этот момент опьяняет.

Она кивает мне.

Я приставляю свой член к ней и, прежде чем она успевает передумать, вхожу в нее глубоко, так что она вскрикивает. Слезы выступают у нее на глазах. Я знаю, что она не девственница, но, черт возьми, она тугая. Я выхожу до головки и снова вхожу в нее, приподнимая ее с подушки навстречу мне. На этот раз она не вскрикивает, а делает резкий вдох и закрывает глаза. Не успевает она выдохнуть, как я выхожу и вбиваюсь в нее в третий раз. Она сильнее зажмуривается, и я даю ей пощечину. Не сильно, чтобы не оставить следа, но достаточно, чтобы увидеть, как на ее щеке расцветает отпечаток моей ладони.

— Смотри на меня, блядь, — требую я.

Она открывает глаза, слезы уже текут по щекам. Я прижимаю пальцы к ее губам. — Открой. — Она повинуется, и я погружаю их в ее рот, а затем вынимаю, влажные от слюны. Когда я касаюсь ее там, где она наиболее чувствительна, ее дыхание меняется. Из ее горла вырываются тихие звуки, пока я продолжаю свой неумолимый темп. Я вхожу в нее снова и снова, и я знаю, что она уже на грани.

Вот тогда я останавливаюсь. Я полностью выхожу и с нарочитой медлительностью убираю себя.

— Убирайся из моего кабинета, — рычу я, заправляя член обратно в брюки.

— Подожди, что... — начинает она, медленно натягивая юбку, сбитая с толку тем, почему я отказал ей во всем, о чем она сама не знала, что хотела.

— Я, блядь, заикался? — Мой голос становится опасно низким. — Вон. И скажи своему отцу, он все еще должен мне четыре штуки. У него есть время до пятницы. — Я поворачиваюсь к ней спиной и направляюсь к столу, за которым сидит мой телохранитель Мэттью.

Она смотрит на меня, и понимание приходит вместе с унижением. Она дрожащими руками поправляет одежду, хватает сумку и уходит. Дверь хлопает так сильно, что дребезжит рама.

— Знаешь, ты настоящая мразь, Себ, — говорит Мэттью, не утруждая себя поднять взгляд от игры.

— В любви и на войне все средства хороши, друг мой, — хлопаю я Мэттью по плечу и наклоняюсь через него, чтобы взять со стола свой виски. Сделав большой глоток, говорю ему: — А это война! Ее отец слишком долго нас динамит. Он платит, или я отправлю ему запись. — Я указываю на камеру видеонаблюдения, которую предусмотрительно установил напротив дивана.

— Ты действительно снял ее? Больной ублюдок.

— Не в первый раз и не в последний, — говорю я с улыбкой. Я допиваю напиток, ставлю стакан обратно на стол, затем беру пиджак от костюма со спинки стула, накидываю его на ходу. — Ты идешь, или «Сладкий бой» слишком тебя увлек? — спрашиваю я, приподнимая бровь, глядя на его телефон.