Солнце пробивается сквозь щели в шторах, когда я наконец заставляю себя встать с кровати. Я вымотана, потому что почти всю ночь ворочалась, представляя тени за окном. Рациональная часть моего мозга знает, что я параноик, но другая часть продолжает шептать, что Себастьян Блэквуд простоял всю ночь за моим окном.

Стоя под душем, я пытаюсь смыть тревогу, которая липнет ко мне, как вторая кожа. Сегодня будет лучше. Должно быть. Наверняка Блэквуд уже переключился на следующую одержимость. У таких мужчин, как он, короткая концентрация внимания, верно?

В метро, как обычно, много народу, но сегодня давка тел заставляет меня чувствовать себя в ловушке, а не анонимной. Я ловлю себя на том, что сканирую лица, выискивая его телохранителя — Гору, или кого-то еще, кто может за мной наблюдать. Каждый мужчина в костюме становится потенциальной угрозой. Каждый взгляд в мою сторону кажется наполненным скрытым смыслом.

Возьми себя в руки, Сафи. Мир не вращается вокруг тебя, и у Себастьяна Блэквуда наверняка есть дела поважнее, чем следить за младшим редактором.

В офисе я зарываюсь в работу, благодарная за отвлечение. Проект прибрежной застройки нужно проверить, прежде чем он пойдет дальше по цепочке, и я погружаюсь в него с излишней сосредоточенностью. Часы проходят незаметно, пока будильник на телефоне не напоминает, что через десять минут у меня встреча с Бет.

— Я ухожу на обед, — объявляю я Миранде, которая все утро задавала не слишком тонкие вопросы о визите Блэквуда. — Что-нибудь принести?

— Нет, спасибо, — отвечает она, наблюдая за мной слишком пристально. — Хочешь, составлю компанию? Я могу взять свой перерыв сейчас, если хочешь?

Я выдавливаю улыбку. — Нет, я в порядке, спасибо. Я встречаюсь с подругой, — я не могла придумать ничего хуже.

Снаружи весенний воздух мягок, улицы полны обеденной толпой. Бистро всего в одном квартале, но дорога кажется бесконечной. Это покалывающее чувство возвращается — ощущение, что за мной следят. Я оглядываюсь через плечо дважды, не видя ничего необычного. Просто обычные люди, занятые своими обычными делами.

Ты ведешь себя нелепо, ругаю я себя. Ты недостаточно важна, чтобы за тобой следили.

Но я не могу избавиться от этого чувства. Даже когда захожу в кафе, я сканирую помещение, проверяю отражения в окнах, ищу кого-то подозрительного.

Я люблю это место, где встречаюсь с ней. Оно находится на полпути между нашими офисами, и мы ходим туда годами. Знакомое. Безопасное. Именно то, что мне нужно сегодня.

Бет уже за нашим обычным столиком, восторженно машет, когда замечает меня.

— У тебя вид, как будто ты не спала, — говорит она вместо приветствия.

— Спасибо. Ты умеешь поднять настроение. — Я скольжу на стул напротив.

— Ты вообще спала? У тебя круги под глазами, как у енота. — Бет изучает меня с беспокойством.

— Не очень, — делаю я глоток кофе. — Все казалось, что слышу шум за окном.

Выражение лица Бет меняется с шутливого на обеспокоенное. — Это как-то связано с нашим другом, мистером Блэквудом? Я кое-что накопала.

— Он не наш друг.

— Фигура речи. — Бет пролистывает телефон, открывая заметки. — Итак, сначала легальная часть. Он действительно владеет практически половиной приличной ночной жизни в городе. Начал с трех небольших клубов лет десять назад, затем расширился. Теперь у него «Пульс», еще несколько, два ресторана, не считая «Ля Мезон», и, возможно, всевозможные молчаливые партнерства как минимум в дюжине других заведений.

— Как можно построить такую империю так быстро? — спрашиваю я, хотя подозреваю, что уже знаю ответ.

Бет наклоняется вперед, понижая голос. — Вот где становится мутно. Ходят слухи, Сафи. О бизнес-соперниках, которые внезапно продали ему свои компании при «неразглашенных обстоятельствах». О членах советов директоров, которые внезапно ушли из компаний, которыми он интересовался. О людях, которые перешли ему дорогу, а затем... исчезли.

По моей спине пробегает холодок. — Исчезли, как в...?

— Как, неожиданно уехали из города. Перестали появляться на работе. Что-то в этом роде. Делай из этого выводы, какие хочешь, — Бет протягивает руку и сжимает мою ладонь. — Но есть еще. Говорят, он ведет подпольный бизнес. Предприятия платят ему за «охранные услуги» или звонят ему, если возникают проблемы. Поломки оборудования, проверки санитарных служб, проблемы с лицензиями. Те проблемы, которые обычно закрывают заведения.

Она пролистывает еще заметки. — Затем отмывание денег. Эти легальные предприятия? Идеально подходят для отмывания грязных денег. И нелегальные азартные игры, покер с высокими ставками в частных клубах, букмекерские конторы. Плюс ростовщичество с процентами, от которых глаза на лоб лезут.

— Откуда ты все это знаешь?