— У тебя корова, которая считает себя собакой.

Она чуть улыбнулась.

— Чем дольше тут живешь, тем привычнее. Не сильно, но все же. Садись.

Я осторожно вошла и опустилась в кресло напротив.

— Если меня увольняют, давай быстрее. Мне еще ехать в Нью-Йорк.

— Тебя не увольняют, — сказала Кассандра, открывая ящик. Она достала бутылку виски и две стопки. Не сбиваясь, открыла мини-холодильник и вынула упаковку мятного мороженого с шоколадной крошкой.

Она налила два шота, один подвинула мне, второй выпила и закусила ложкой мороженого.

Я тоже опрокинула свой и зашипела, когда жгучая волна прошла по горлу.

— К таким совещаниям я быстро привыкну.

Кассандра ткнула в меня ложкой.

— Поживешь тут — найдешь свой способ справляться. Я за эту семью жизнь отдам, но иногда они сводят меня с ума.

— Значит, использовать коров как оружие — нормально?

— Нет, — сказала она. — Это было впервые.

Я постучала по пустому стакану.

— Тогда мне нужна еще одна.

Кассандра убрала виски обратно и вернула мороженое в морозилку.

— Не выйдет. Ты еще на работе.

— Тогда зачем ты меня поишь?

— Один шот, — уточнила она. — Чтобы ты расслабилась перед разговором.

Я прищурилась.

— Ты же не из отдела кадров?

Она фыркнула.

— Похоже, у нас есть отдел кадров? Нам бы не помешал. Хотя тогда я бы целый день отправляла парней к директору, и никто бы ничего не делал. — Она подалась вперед. — Так что у тебя с Си-Джеем?

— Я уже говорила с шефом ДеРосси после того случая на открытии. Я сделала все, что требовалось.

— Я знаю об этом разговоре, — кивнула она. — Меня интересует, что произошло между тобой и Си-Джеем. С чего началась эта ваша война.

— Я ему не нравлюсь.

— Я знаю, почему ему не нравится, что ты тут работаешь. Он не в восторге от ресторана и лоджа. Но что между вами произошло? Он игнорирует всех, кто тут работает, но с тобой сцепился намертво.

— У нас был… — я замялась, подбирая слова, — контакт до того, как я устроилась сюда.

Кассандра подняла брови.

— Здесь, на ранчо?

— Нет.

Она вздохнула.

— Я пытаюсь тебе помочь. Но ты должна мне доверять. Не знаю, знаешь ли ты, чем я занималась раньше, но секреты я храню отлично.

Я молчала. Доносчиков не любят.

Кассандра вытащила толстую папку. На ярлыке было мое имя.

Она сцепила пальцы.

— Я не смогу тебя прикрыть, если не понимаю, что происходит. Я прекрасно знаю, что тут написано. — Она постучала ногтем по папке. — Так что, если ты не убила кого-нибудь, просто скажи. А если убила — моргни два раза, я позвоню нашему юристу.

В ее словах был смысл. Я ничего плохого не сделала.

— Мы переспали в баре. Обменялись только именами. Я не знала, кто он. Он не знал, что я буду работать здесь.

Кассандра даже не дернулась.

— Роман на работе. В духе парней Гриффит.

— Это не был роман на работе. Мы не знали…

Она подняла руку, останавливая меня.

— Скажу прямо. Си-Джей не любит ресторан. Значит, не любит и тебя. Держи голову ниже и дай нам с Кристианом разобраться с ним. — Она немного смягчилась. — Шеф ДеРосси не возвращался, потому что я слала ему восторженные отчеты о твоей работе. Пока ты справляешься, я на твоей стороне.

11

Карсон Джеймс

— Поджимай сзади. — Голос Кристиана затрещал в рации, пока мы всем скопом гнали стадо дальше, к западному пастбищу.

Энни недовольно фыркнула подо мной и сильнее вбила копыта в землю.

Я ее не винил.

Если уж честно, перегонять стадо пришлось в основном из-за меня.

Сейди, старая пастушья собака ранчо, явно кайфовала. Она кружила вокруг отбившихся, пока мы без спешки теснили скот к пастбищам получше.

Мы и так собирались перегонять их на запад. Я всего лишь позволил им зайти чуть дальше, чем обычно. А то, что по пути они немного перевернули ресторан и лодж, стало приятным бонусом.

Мычащее стадо, топот лошадей, тявканье и лай собаки — для меня все это звучало лучше любой музыки. Вот каким должно быть ранчо.

— Готов поговорить? — спросил Кристиан, когда они с Либби сбавили ход и поравнялись с нами с Анархией.

— Не особенно, — бросил я и нажал сапогами, давая Энни понять, что надо уйти от Кристиана.

Не вышло. Кристиан слишком уверенно держался в седле, чтобы отпустить меня так просто.

— Жаль. Пора уже вытащить голову из задницы. Ты ведешь себя как ребенок. А мои девочки почти выросли и разъехались, так что воспитывать еще кого-то у меня нет ни малейшего желания. Можешь сколько угодно закатывать истерики, реальность от этого не изменится.

Я крепче сжал поводья. Почувствовал, как меняется Энни, улавливая мое состояние.

Моя лошадь не была стервой сама по себе. Она просто вела себя так же мерзко, как я.