Три отказа от арендных компаний за полтора часа — вполне веский повод пожалеть себя. Надо было срочно что-то придумать.

Человек ростом метр восемьдесят три не создан для того, чтобы спать, свернувшись калачиком на заднем сиденье двухдверного седана.

Фильмы Hallmark врут. Маленькие городки — отстой.

В городе я всегда находила, где снять угол или хотя бы рухнуть на чей-то диван, пусть и не в самых завидных условиях.

Эти отказы жгли. Может, я каким-то образом запустила местную сарафанную тревогу, и теперь каждый хозяин в радиусе восьмидесяти километров должен был игнорировать мою заявку.

Я уже спешила к машине, когда резко остановилась из-за ярко-рыжих волос. Такой цвет слишком уж приметный, чтобы оказаться совпадением. И женщина показалась до боли знакомой. Она повернулась, и наши взгляды встретились. Я никак не могла ее вспомнить, но пространство между нами накрыло тяжелым чувством дежавю.

Я метнулась в кофейню, влетела в туалет и заперлась изнутри, радуясь, что кабинка здесь одна, а не несколько.

Я до сих пор слышала тот зловещий голос, который засел у меня в голове еще с подростковых лет, когда я жила в постоянном страхе.

Некоторых знакомых я не хотела бы увидеть больше никогда.

Я досчитала до пятидесяти, потом отперла дверь и приоткрыла ее. В зале действительно стояла рыжеволосая женщина, рядом с ней — маленькая копия, но это была не та, что я увидела на улице.

Может, мне привиделось.

Я списала это на непривычную осеннюю жару и на стресс из-за поисков жилья.

На стене между туалетами и проходом в зал висела доска объявлений. Я осторожно вышла и на минуту задержалась у нее, сняв несколько листков с объявлениями об аренде и поиске соседей.

— Леннон?

От женского голоса я вздрогнула. Рыжеволосая подошла ко мне и улыбалась.

— Зависит от того, кто спрашивает, — осторожно ответила я.

Она рассмеялась.

— Я Ребекка Гриффит. Обычно меня зовут Бекс. Я жена Нейта. Официально мы, кажется, не знакомы, но я была на открытии.

Гриффит.

Точно. Я уже видела ее несколько раз в ресторане, но мы так и не обменялись именами как следует.

И тут я заметила, что в зале вообще целая орда женщин из семьи Гриффит.

Кассандра сидела в углу с таким видом, будто обозревает свои владения. Миссис Гриффит устроилась на скамье у окна, по одну сторону от нее сидела дочь Бекс, по другую — двухлетний мальчик. Брук, директор конной программы, с которой я познакомилась на вводной встрече, держала огромный маффин прямо на своем круглом беременном животе.

Бекс тепло улыбнулась.

— Присоединяйся к нам.

У меня не было времени на кофе, да и запас профессиональной вежливости на сегодня я уже исчерпала. Мне хотелось орать, плакать и закатить чертову истерику от того, насколько жизнь несправедлива. Но на это времени тоже не было.

— Мне пора домой. День выдался длинный.

— Не пропадай, ладно? — сказала Бекс. — Ты работаешь на ранчо. А значит, почти член семьи.

Меньше всего на свете мне хотелось быть «почти членом семьи» для ее придурка деверя.

— Приятно было познакомиться, — сказала я, прощаясь, и выскочила к машине.

«Домом» для меня был угол парковки у круглосуточного спортзала, где я скрепя сердце выложила двадцать долларов в месяц за абонемент, действующий по всей стране.

Я старалась как можно чаще платить наличными, но кое-каких расходов было не избежать. Я не жила совсем уж вне системы, но осторожность не помешает. Двадцать долларов — не так уж много, если за них у тебя в любой момент есть душ, вайфай и раздевалка со шкафчиком.

На этот раз я была благодарна, что сейчас не зима в Нью-Йорке. Я скрестила пальцы и надеялась, что найду постоянное жилье до того, как холод доберется до Техаса.

Я опустила шторки, затемнив окна, и убедилась, что заперлась изнутри.

Достала из спортивной сумки салфетку для снятия макияжа и стерла нелепо розовый тон, которым пыталась придать себе приличный вид.

Когда стемнеет, я зайду внутрь, пройду неторопливо полтора километра на дорожке, пока телефон заряжается в раздевалке, а потом начну звонить по номерам из объявлений, которые взяла в кофейне.

Я перебралась на заднее сиденье, залезла в спальный мешок и вытянулась, как могла. Бесконечные смены на ногах в ресторане добили мою спину. Да и крепление ремня безопасности, впивающееся в бедро, не помогало.

Рубашка, в которой я была в тот вечер в баре, лежала скомканной у моей головы. Теплые ноты мускатного ореха, корицы и кедра убаюкивали меня. Мое кипящее раздражение на Си-Джея Гриффита постепенно утихало, а его запах понемногу снимал напряжение.

7

Карсон Джемс

— Сортир твой, новичок, — бросил Джексон, бывший новичок и моя вечная заноза в заднице, настоящему новичку, Брейди.