Не то чтобы я ожидала, что эта деталь добавит работе веса в глазах этого выпускника Лиги плюща. И все же, пусть официантка в закусочной — не та карьера, о которой я мечтаю навсегда, я не собираюсь стыдиться людей, которые поддерживали мою маму и меня еще до моего рождения.

Глаза Джонатана округляются, и я буквально вижу, как в его голове кристаллизуется чувство превосходства.

— Официантки в закусочной?

— Да, Джонатан, — весело отвечает Шон. — Моя девушка и моя сестра — официантки. В закусочной Корнфилда. Там готовят лучший бургер на северо-востоке.

Он поворачивается к Дарле.

Она закатывает глаза.

— Мы не будем называть его в твою честь.

И вместо того чтобы выцарапать Джонатану глаза за скрытое оскорбление заведения ее матерей, Дарла поворачивается к группе и делает то, что всегда делает с новыми людьми.

— Нет, — говорит она, указывая сначала на Джонатана. Потом обводит круг. — Нет. Нет. Нет. Точно нет.

Доходит до Джорджа.

— Да.

До меня.

— Конечно.

Затем она останавливается на Шоне, некоторое время его разглядывает и выдает без особого энтузиазма:

— Возможно.

— Возможно? — давится он. — Возможно что? Почему Джордж — да? Да чему?

Дарла не объясняет, сосредоточенно слизывая соль с края бокала.

Мой брат поворачивается ко мне, слегка паникуя.

— Ты понимаешь?

— Понимаю, — признаю я.

— Поделишься с компанией? — тянет Джонатан язвительно.

Но в голосе слышится и раздражение. Неспособность Дарлы впечатлиться им или испугаться его, вероятно, скручивает его дизайнерское белье узлом.

Я смотрю на Дарлу. Она пожимает плечами — ее версия «давай». Мне все равно.

— Она определяет, кто был бы полезен в случае зомби-апокалипсиса.

Это игра, в которую она играет в закусочной от скуки, и мне всегда нравится слушать ее объяснения постапокалиптического одобрения.

Группа молчит один вдох. Второй. Потом…

— И я — возможно? — взвизгивает Шон. — Если Джордж — да, то и я должен быть да.

На этот раз она объясняет.

— Он умеет летать на самолете. Ты умеешь летать на самолете?

Мой брат запинается.

— Нет. Но у меня несколько лодок. Самолетам все равно приходится садиться.

— Верно, — она кривит губы и отмахивается. — Но ты слишком дружелюбный. Всех пригласишь. У нас кончатся ресурсы. Зомби-апокалипсис требует жесткости.

— Этот разговор нелепый, — презрительно бросает Джонатан.

— Тогда иди отсюда, парень, который погибнет первым, ожидая, пока водитель подгонит машину, не понимая, что шофер уже сбежал, потому что ему плевать на твои жалкие деньги, когда валюта сменилась с долларов на консервы.

Дарла выдает все это на одном дыхании и даже не задыхается. Она прищуривается, глядя на клон выпускника элитного колледжа.

— Ты вообще умеешь пользоваться консервным ножом?

Судя по тому, как лицо Джонатана наливается фиолетовым, ответ — нет. Но что бы он ни собирался сказать, его прерывает внезапное, суетливое появление Таши.

— Украду его, — щебечет она высоким голосом, хватает Шона под руку и уводит его. — А вы трое тоже идите.

Она машет Дарле, Джорджу и мне.

— Слава богу, — бормочет Дарла.

Заинтригованная, я иду следом. Джордж рядом, его ладонь у меня на пояснице.

Когда мы отходим от группы, Таша отпускает руку моего брата и начинает теребить пальцы.

— Шон. Слушай… черт… прости. Клянусь, я ее не приглашала.

Брат склоняет голову, явно не понимая, но у меня внутри все обрывается, потому что я делаю вполне обоснованное предположение.

— Она пришла как плюс-один, — добавляет Таша.

Он качает головой, все еще не улавливая.

— Кто?

Таша прикусывает губу.

— Тиффани.

Чертова Тиффани.

Дарла хмурится. Еще сильнее, чем раньше. Я давно пересказала ей главное. Она знает, что Шон был помолвлен и что он отменил свадьбу, узнав, что женщина использовала его из-за денег.

— А, — Шон прочищает горло и дарит Таше мягкую улыбку. — Все нормально. Я в порядке. Не переживай.

— Но…

Он обнимает подругу крепко, по-настоящему, и она расслабляется в его руках.

— Этот вечер — для тебя и Аннабель. Мы с Тиффани все равно рано или поздно пересеклись бы. Но ничего из этого не будет. Наслаждайся.

Дарла придвигается ко мне вплотную.

— Покажешь Тиффани, когда увидишь, — шепчет она так тихо, что слышу только я.

— Зачем? — шепчу в ответ.

Ее безжалостный взгляд скользит по залу.

— Я не люблю, когда враги застают меня врасплох.

Ну что ж, позиция понятна.

Я следую ее примеру и выискиваю в толпе знакомый силуэт, который, кажется, тоже кого-то ищет.

— Золотое кружевное платье, омбре, волны ниже плеч, бежевые туфли, автозагар. Слева от ледяной скульптуры.

Глаза Дарлы намертво фиксируются на женщине, которая едва не стала моей невесткой. Челюсть у подруги напрягается, и она коротко, резко кивает.

Словно почувствовав на себе тяжесть взглядов, Тиффани поворачивается в нашу сторону и тут же впивается глазами в моего брата. Шон еще ничего не заметил, но его бывшая уже летит прямо к нам.