Он заслуживает этого хотя бы от одного человека в своей жизни.

— С этим у меня проблем нет, — бормочет она.

Моя улыбка становится шире.

— Вот именно. Поэтому у меня нет мнения.

Когда мы возвращаемся, Джордж и Шон за столом уже не одни, но места для нас они сохранили.

— Еда. Отлично. — Взгляд Дарлы прикован к изящному салату из яблок и груш, который стоит перед каждым гостем. Как только она садится, в ее руке уже вилка.

— Ай-ай-ай, — укоризненно раздается мужской голос с другой стороны стола, и я с ужасом вижу белого мужчину средних лет, который грозит пальцем моей подруге. — Мы ждем, пока все сядут, и только потом начинаем.

Незнакомец указывает на зал, где лишь половина гостей уже заняла места. Остальные медленно подходят к столам, продолжая беседы.

— Вы ждете, — уточняет Дарла, накалывая на вилку ломтик груши, покрытый золотистым соусом. — А я ем.

Она откусывает, ее веки закрываются, и она издает довольный звук.

— Черт, как вкусно, — бормочет она, но за столом ее слышат.

Мужчина хмурится, осуждение морщит его лицо, когда он смотрит на Дарлу.

— Это было грубо.

Она глотает, потом смотрит на него так же пронзительно, как ее вилка пронзает мягкий фрукт.

— Грубо — это ожидать, что я когда-нибудь буду голодной. Пересмотри приоритеты.

Она переводит внимание на меня, слегка кивая в сторону нашего соседа по столу.

— Однозначно нет.

Потом ее взгляд находит Шона.

— Еда — десять из десяти. Компания — три из десяти.

Мой брат наклоняется к ней.

— А если я отдам тебе половину своего салата, ты поднимешь оценку компании до четырех из десяти?

Дарла замирает, потом что-то вроде улыбки пытается пробиться на ее лицо.

— Договорились.

Джордж фыркает рядом со мной, пока мы смотрим, как Шон перекладывает яблоки и груши на тарелку Дарлы и рассказывает про карамелизированный яблочный винегрет и о том, как ему повезло попасть на дегустацию, когда Таша и Аннабель выбирали меню.

Я поворачиваюсь к своему спутнику, наслаждаясь искрящимися серыми глазами, смотрящими на меня.

— Если Дарла убьет Шона, — шепчу я, — он просто вернется призраком, будет ее преследовать и даже не поймет, что умер.

Джордж хохочет, потом поднимает для меня вилку.

— Присоединишься к бунтарям?

— Надо бы, пока Дарла не решила, что ей мало дополнительной половины.

Наш сосед по столу что-то ворчит женщине рядом с ним и бросает на нас сердитые взгляды. Не дождавшись реакции, они встают и пересаживаются за другой стол.

— Ты знал, что тот батон белого хлеба в костюме — кто? — спрашивает Дарла у Шона и Джорджа.

— Это Фрэнсис Уокман. Вице-президент по логистике в BBN.

— И это важно?

— Он курирует операции и цепочки поставок BBN.

Да, звучит важно.

— И тебя не волнует, что я его спугнула? — уточняет Дарла.

— Ты предупреждала, что не собираешься быть милой с моими деловыми партнерами. — Шон пожимает плечами, все еще с глупо-счастливой улыбкой. — Ты такая честная. Мне это нравится.

Дарла прищуривается, словно не уверена, можно ли доверять его спокойной реакции. Но потом приносят еще еду, и она отпускает ситуацию. Мы как раз доедаем второе блюдо, когда к нашему столу подходят Таша и красивая женщина с золотистой кожей, черными волосами до подбородка и тяжелыми веками.

— Вы все пришли! — Таша сияет, глядя на нас четверых. — Это, пожалуй, лучший подарок. Бет, Дарла, это моя жена Аннабель. Аннабель, это Бет, — она кивает в мою сторону, — и Дарла.

— Привет. — Я машу рукой, не зная, что уместнее — встать, пожать руки или обнять. — Поздравляю.

— Спасибо, — лучится Таша, а Аннабель смущенно краснеет.

— У вас потрясающий вкус в еде, — говорит Дарла, и, честно говоря, это одно из самых приятных приветствий, которые она когда-либо дарила незнакомцам.

К счастью, женщины смеются.

— Спасибо, — отвечает Аннабель, и в ее голосе звучит мягкая, почти музыкальная нота. — Нам нужно заглянуть в «Корнфилдс». Шон говорит, что там очень вкусно. Особенно десерты, которые ты делаешь.

Дарла сжимает вилку и испепеляет Шона взглядом.

— Мои мамы рассказывают тебе про мои десерты?

Шон разворачивается к Дарле всем телом, будто попал в ее гравитационное поле. По крайней мере, с отвлеченным вниманием он не замечает, как большая теплая ладонь Джорджа лежит неприлично высоко у меня на бедре.

— Салли и Сэм гордятся тобой. — Шон смотрит на нее щенячьими глазами. — И мне нравится рассказывать о тебе.

Дарла издает сдавленный звук и снова поворачивается к невестам.

— Да. Заходите в «Корнфилдс». И обязательно заказывайте «Бансен».

— Нет! — стонет Шон, а Джордж фыркает.

— «Бансен»? — Аннабель пытается скрыть улыбку за выражением вежливого любопытства. — Это какое-то фирменное блюдо?