Я беру его за руку и веду обратно на палубу, где наша одежда разбросана по доскам. Ложусь на ткань и тяну к нему руку. Он опускается рядом, подставляя плечо. Я прижимаюсь, кладу голову ему на руку. Он устраивает свою рядом.

— Я бы пролежал тут всю ночь, считая с тобой звезды.

— Ты бы захрапел очень быстро, старик.

Он смеется.

— Тогда давай сегодня здесь не засыпать. Этому старику нужна кровать.

— Не заснем, — я приподнимаю голову и целую его в челюсть.

Наблюдая, как над нами смещаются звезды, мы шепчем мысли, пока мир вращается вокруг. Прохладный ночной воздух тянет мышцы на жестких досках, и я переворачиваюсь.

— Пора в кровать, любовь моя.

— Как думаешь, Айрис и Эмметтт досмотрели фильм?

Я какое-то время смотрю на него. Он правда не догадывается…

— Скорее всего.

— Айрис, наверное, уже спит.

Я приподнимаюсь на локте и веду пальцем по линиям его лица.

— Сон звучит очень заманчиво.

— Да.

Прикрыв «Жемчужину» как можем, мы возвращаемся и снова перелезаем через ворота. Спустя десять минут, без мороженого, мы тихо протискиваемся через вход в кафе, стараясь не звякнуть колокольчиками. Заперев дверь, Кэл хватает меня за руку и ведет наверх, в гостевую комнату.

В безопасности комнаты, мы сбрасываем одежду и забираемся под одеяло. Крошечная кровать тут же обвивает нас. Я кладу ладонь Кэлу на грудь, поверх сердца. Оно бьется быстрее обычного, и я поднимаю взгляд.

— Что такое?

Он смотрит вниз, челюсть напрягается.

— Я не могу тебя потерять, Эви.

С трудом переползая по кровати на боку, я обхватываю его лицо и наклоняю так, чтобы наши глаза были на одном уровне.

— Этого не случится, хорошо?

Он кивает, кадык дергается, и он притягивает меня так близко, что меня захлестывает тревога. За то, о чем он думает. За все, что может случиться дальше и что мне не подвластно.

Втянув резкий, глубокий вдох, он шепчет:

— Tha gaol agam ort.

32

Кэллам

Офицер в участке Бей-Шор смотрит на меня так, будто у меня пять голов.

— В смысле, дело закрыто? — огрызаюсь я.

— Новых доказательств не поступило, поэтому дело закрыли.

— То есть вы просто спустили все на тормозах и даже не попытались разобраться. Найти ублюдков, которые сделали это с ней.

— Сэр, у нас ограниченные ресурсы и слишком много дел о нападениях на женщин… — он вздыхает, будто я пустая трата времени. — Если появится что-то существенное, сообщите дежурному офицеру.

— Я вам даю вот это. — Протягиваю записку, оставленную на консоли «Светлячока». — Это и есть новые доказательства.

— Это просто записка. Не совсем то, что тянет на серьезное доказательство тяжкого преступления.

Офицер откусывает сэндвич — явно важнее жизни женщины, которую я люблю.

— Я хочу поговорить с вашим начальником. Сейчас.

— Он на обучении до конца недели.

— Может, тебе стоило поехать с ним.

Выхватываю письмо и выхожу из участка. Бесполезные ублюдки.

С этим дерьмом я разберусь сам.

Если эти клоуны думают, что подберутся к Эви хоть на шаг, они чертовски заблуждаются. И жить им осталось совсем недолго.

Я возвращаюсь к причалу и нахожу Эма и Эви у «Светлячка». Эм в форме, руки скрещены, болтает о чем-то, черт знает о чем. Он отлично занял ее, пока я ходил в полицию, пусть и зря.

— Все дела сделал? — спрашивает она с самой милой улыбкой.

— Ага, все. Тебе разве не пора на работу, дружище? — говорю я Эму.

Он закатывает глаза, хлопает меня по плечу и направляется обратно к сторожке.

— Увидимся, мисс Эви, — машет он ей.

— Пока, Эм, — отвечает она и машет в ответ, а мы поднимаемся на лодку. Чем быстрее доберемся домой, тем лучше.

— Можно я поведу? — спрашивает Эви.

Я удивлен. Раньше она ни разу не просилась за штурвал. Но если собирается здесь остаться, ей нужно учиться и получать лицензию. Последнее, чего я хочу, — чтобы она чувствовала себя запертой или зависимой.

— Если хочешь. — Я убираю швартовы и иду к каюте.

— Значит, сначала отдаем конец, потом проверка двигателя?

— Концы, но ты все правильно поняла.

Она выглядит чертовски довольной.

Кто бы мог подумать…

— Сбавляй ход и заводи к причалу. Я спущу кранцы. — Выхожу из каюты и перекидываю за борт длинные мягкие цилиндры, чтобы «Светлячок» не врезался в шаткую старую конструкцию. Двигатель сбрасывает обороты до тихого холостого хода, когда мы подходим вплотную к причалу.

Вернувшись в каюту, Эви проверяет приборы на консоли, как мы и обсуждали по дороге домой, и глушит двигатель.

Она схватывает на лету.

— Для первого раза очень даже неплохо, — говорю я.

Она улыбается, и я подхватываю ее на руки, усаживая себе на талию.

— В следующий раз я поведу?

— Конечно, малышка.

— Отлично.

— Интересно, что нас ждет в доме? — бурчу я, пока она разглядывает мое лицо, совсем не такое воодушевленное, как у нее.