— Работая в рамках доступного бюджета, я рекомендую запустить на ранчо конный проект. Постой, уроки верховой езды, выездные лагеря и летние смены. Программа иппотерапии тоже была бы отличным магнитом. В сообществе есть явная нехватка программ для детей с особыми потребностями. Масса данных подтверждает, что иппотерапия приносит большую пользу детям с расстройствами аутистического спектра. Можно наладить сотрудничество со взрослыми реабилитационными программами — для зависимостей или восстановления после домашнего насилия. Если Нейтан участвует в ветеранских группах поддержки, это тоже хорошая точка входа. Часть сеансов можно выделить на благотворительность и оформить как налоговый вычет. Основные расходы — очевидно, больше лошадей. Конюшне не помешал бы апгрейд. Небольшие косметические изменения на территории — там, где это увидят клиенты. Крытая арена была бы плюсом, но в первые годы не обязательна. Достаточно нанять одного сотрудника для управления программой. Ты или работники ранчо сможете подключаться при необходимости.

Я потянулся и забрал у нее папку, пролистывая страницы, пока она заканчивала взвешивать плюсы и минусы конного проекта.

Надо признать, идея была хорошей.

— Нет, — сказал я, закрывая папку и возвращая ее ей.

Кассандра побледнела.

— Что значит нет?

— Это хорошо, но это не то.

Ее лицо окаменело, бровь дернулась от раздражения.

— Что именно тебя больше всего беспокоит? Давай начнем с этого.

Тон был ледяным до мурашек — будто ей хотелось сорваться и разнести меня, но профессионализм удерживал.

— Все.

Ее пальцы дернулись, задрожали и сжались в кулак.

— Будь решением, а не проблемой.

Я усмехнулся.

— Начну говорить это девочкам.

Кассандра фыркнула и прижала пальцы к вискам.

— Работай со мной. Мне нужно понимать твои опасения, чтобы я могла их снять или устранить.

— Это недостаточно масштабно.

Она ошеломленно уставилась на меня.

— Ты, блядь, издеваешься, Гриффит? — пробормотала она с истеричным неверием и вскочила с качелей, начиная мерить крыльцо шагами.

— Послушай, это хорошо. Просто…

— Недостаточно, — у Кассандры был вид, будто ей вырвали сердце.

Черт. Она решила, что дело в ней.

Сердце тяжело ухнуло.

— Касс, послушай меня, — сказал я, наклоняясь вперед и упирая локти в колени.

Я постучал по папке.

— Это хорошо. Правда. Любой другой клиент дал бы тебе премию за разумный подход и работу в рамках бюджета.

— Дай угадаю, — выпалила она. — Сейчас ты задвинешь какую-нибудь туманную ковбойскую печеньку с предсказанием, и озарение накроет меня посреди ночи месяца через два.

— Я что, мистер Мияги? — я провел пальцами по волосам. Они почти высохли и начали виться. — Нет, дорогая. Я просто считаю, что если делать, то так, чтобы оно того стоило.

Ее длинная тирада матов закончилась словами «чертовы ковбои».

Когда ее шаги приблизились, я перехватил ее руку.

— Касс, послушай. Ты отлично поработала. Я хочу большего, потому что хочу увидеть, что будет, если ты перестанешь себя сдерживать.

Ее челюсть дернулась, но руку она не вырвала.

— Чем больше ты от меня требуешь, тем дольше я здесь.

Я откинулся на сиденье качелей и сделал еще глоток.

— Тебе есть куда спешить?

— Время — деньги.

— Тебе хорошо платят. Чеки утверждаю лично я.

Ее взгляд метнулся в сторону, будто она избегала темы.

— Почему ты взялась за эту работу? — надавил я.

— Бекс…

— Я знаю, что Бекс вас свела. Но почему ты сказала «да»?

Кассандра сглотнула.

— Либо я принимала удар и ехала в командировку, которую никто не хотел, либо оставалась без работы.

— О чем ты говоришь?

Бутылка почти выскользнула у нее из пальцев. Я успел перехватить ее и поставить у ноги.

— Эй…

Но Кассандра отмахнулась, моргнув, чтобы прогнать блеск, затуманивший ее красивые глаза.

— Я вернусь к этому, когда у меня будет более конкретный план, соответствующий твоим целям.

— Может, ты прекратишь этот корпоративный бред и просто посидишь со мной чертовы две минуты?

Она ошеломленно посмотрела на меня — я сорвался.

Честно говоря, я и сам был в шоке.

Меня редко что выбивало из колеи. Но она — да.

Я уронил папку на пол и похлопал по месту, которое она освободила. Челюсть Кассандры напряглась, зубы стиснулись — она решала, подчиняться или нет.

Я дал ей время и продолжал медленно раскачиваться.

Наконец Кассандра плюхнулась обратно на качели.

— Слушай. Я подписывала соглашения о неразглашении пачками. Так что если я это скажу, ты поклянешься, что никому ни слова. Ни братьям. Тем более не детям. Даже, черт возьми, коровам.

Я приподнял брови, но промолчал.

Кассандра меня забавляла. Ее дерзость была чертовски привлекательна.

— Ну? — надавила она.

— Ты же сказала ничего не говорить.

Кассандра фыркнула и закатила глаза.

Я отпил пива и усмехнулся.

— Клянусь.

Она глубоко вдохнула.