Кассандра взглянула на меня.

Невольная грустная улыбка появилась сама собой.

— Они растут. Наверное, хорошо, что иногда кто-то уравновешивает мое желание навсегда оставить их маленькими.

Она притворно поперхнулась, и я тихо усмехнулся.

— Не знаю, заметил ли ты это во мне, — сказала Кассандра, разглядывая ногти. — Но я не «детский» человек.

— Ты и со взрослыми не особо, — добавил я. — И с животными тоже.

— Я не люблю, когда во мне нуждаются. Мне нужно пространство.

— Забавно слышать это от человека, чья карьера целиком строится на том, что в нем нуждаются.

— Есть разница между желанием быть нужной и потребностью все контролировать. Мне нравится контроль.

Готов поспорить, Кассандра думает, что любит контроль. Пока не позволит кому-то другому взять его на себя.

Я припарковался в небольшом центре города.

— Меня не будет пару часов. Встреча с поставщиком зерна, потом дела и заезд в хозяйственный.

Она окинула взглядом ряд уютных витрин.

— Пара часов наедине с магазинами и… — она заметила кофейню с мигающей вывеской Wi-Fi, — скоростным интернетом.

Кассандра рванула к двери.

— Сладкая, сладкая цивилизация. Я скучала.

Я едва успел выйти и обойти машину к ее двери. Схватился за ручку и заблокировал выход.

— Пожалуйста, — взмолилась она.

Хм. Мне это понравилось.

— Какое правило, Касс?

Она закатила глаза.

Я подался вперед, вклинивая колено между ее ног, когда она повернулась, собираясь слезть.

Боже, эти духи были чертовски вкусными…

— Пожалуйста, — проворчала она.

— Двери открываю я.

— Выпусти меня, — прошептала она. — Мне нужно общество. Мне нужно зайти в магазин. Мне нужен асфальт и машины. Мне нужен кофе из эспрессо-машины.

— Касс.

Она фыркнула, снова закатила глаза и послушно села ровно.

Я закрыл дверь. С театральным жестом снова распахнул ее и протянул руку.

Ее ладонь была мягкой, когда легла в мою. Тонкие пальцы скользнули по коже.

Она спустилась и остановилась, когда мы оказались бедро к бедру.

— Не слишком ли драматично?

— Трудно было позволить мне сделать это для тебя?

Густые ресницы поднялись, и ее штормовые глаза встретились с моими.

— Да.

Я усмехнулся.

— Смирись, принцесса.

Кассандра не сдвинулась с места. Кончик языка мелькнул, увлажняя губу. Я не мог отвести взгляд, когда она сглотнула.

Искры вернулись, рассыпаясь вокруг нас.

Моя рука задела ее; пальцы почти переплелись. Острый край кольца застал меня врасплох.

Я отступил и сделал вдох, позволяя ей шагнуть на тротуар.

Этот чертов бриллиант сверкал в утреннем солнце.

— Ты, э-э… — я прочистил горло. — У тебя есть мой номер?

Она посмотрела на меня как на идиота.

— Мы почти не расставались с тех пор, как я приехала. Когда мне был нужен твой номер?

Я протянул ладонь, и она сдалась, отдав телефон.

Когда я вернул его, она взглянула на экран.

— Серьезно? — тон был ровным и совсем не веселым.

Я ухмыльнулся.

— Что?

Она повернула экран ко мне.

— Папочка Гриффит?

— Я решил, раз ты так не любишь детей и людей в целом, это снизит вероятность звонков. — Я сошел с тротуара и закрыл пассажирскую дверь. — Я еще добавил номер Си-Джея, номер Нейта и стационарный телефон главного дома.

Кассандра опустила взгляд и пролистала контакты.

— Папочка Гриффит… Босс коров… Джи-Ай Джо… Тюрьма. — Она убрала телефон в свою безразмерную сумку. — Очень смешно.

— Увидимся через пару часов, Касс, — крикнул я, обходя к водительской двери.

— Меня зовут Кассандра, — бросила она, разворачиваясь на своих «трахни-меня» каблуках к кофейне.

Я прижал кулак ко рту, скрывая улыбку.

— Смотри не вляпайся, принцесса.

Ее задница покачивалась чуть сильнее обычного, когда она уходила.

Я забрался в пикап, откинулся на сиденье и закрыл глаза.

Мне просто нужна была минута.

Обычно мне хватало двух-трех минут дыхания, чтобы сбросить напряжение, но уже через тридцать секунд я был спокоен.

В кабине витал аромат духов Кассандры, смешиваясь с утренним кофе и вечным запахом скота и дизеля. Он был сладким и томным. Женственным и сильным.

С детства я вставал с рассветом. Утро было моим любимым временем суток. Но сейчас мне хотелось лишь уснуть под этот запах.

На это времени не было. День утекал, пока я сидел и фантазировал о женщине, которая мне не принадлежала.

В холле банка шептались, пока я заполнял квитанции на депозит.

В обувной лавке бормотали, пока я разглядывал сапоги.

В хозяйственном магазине перешептывались, пока я грузил в кузов ограждение.

В закусочной гудели, когда я сидел с Джорджем Томпсоном, торгуясь о цене зимнего корма с его фермы.

Все эти разговоры были об одном человеке.

О ней.