Энни ускорила шаг и вскоре доставила нас к дому Рэя. Он сидел на веранде, мрачно наблюдая, как Си-Джей помогает мне слезть и ведет меня к месту казни.

— В следующий раз держись тропинок, — сказал Си-Джей, кивнув Рэю. — Можно воды набрать?

Рэй кивнул в сторону раздвижной двери, и Си-Джей принял это как согласие.

Рэй не сказал мне ни слова, пока я поднималась по ступенькам.

Си-Джей прошел мимо, направляясь к лошади.

— Пей побольше. У тебя обезвоживание.. И не забывай, что я сказал про тропинки.

— Спасибо. Не забуду, — тихо ответила я.

Между мной и Рэем повисла тишина, пока Си-Джей уезжал.

— Прости, — прошептала я, стоя перед ним, как провинившийся ребенок. — Я ушла слишком далеко, пыталась вернуться, но связи не было, потом телефон разрядился, и я…

— Я переживал. — Его небритая челюсть напряглась.

— Си-Джей сказал, ты ему звонил.

— Я всем звонил.

Меня изнутри грызло чувство вины.

— Прости.

Рэй закрыл глаза и провел ладонями по лицу. На его резких чертах читалась боль.

— Ты должна быть чертовски осторожной. Я не могу выйти и забрать тебя, если ты поранишься или потеряешь сознание.

— Больше такого не будет. Обещаю.

Рэй кивнул в сторону дома.

— Внутрь.

Я покорно приняла выговор и вошла в блаженно прохладный дом.

— Сядь на диван, — приказал он, закатывая коляску следом и закрывая дверь.

Слишком конкретно, но ладно.

Я стянула кроссовки, села и стала ждать. Рэй прокатился по дому, что-то собирая, и вернулся.

— Пей, — сказал он, вкладывая мне в руку красный спортивный напиток. Он бросил на диван флакон с кремом и пересел из коляски рядом со мной. — Сними футболку.

Здравствуйте, мечты.

Я поставила бутылку на столик и сняла майку. Зашипела, когда лямки задели обожженную кожу.

Мечты рассыпались.

— Сиди спокойно и пей, — сказал он, открывая крышку крема.

Я взвизгнула, когда что-то холодное коснулось спины.

— Я же сказал, не дергайся, — резко бросил он.

Я обернулась через плечо.

— Ты не предупредил!

Рэй наклонился, наши лица оказались близко.

— Я мажу тебе спину, чтобы ты не превратилась в чипсину. Этого предупреждения достаточно?

Мой взгляд опустился к его губам.

— Угу.

— Тогда сиди и делай, что сказано.

Я закрыла глаза, пока он втирал крем в плечи и спину, осторожно проводя ладонями под бретелями лифчика.

Я втянула воздух, когда его пальцы скользнули по ключицам ниже. Я бы не возражала, если бы он продолжил, но он быстро вернулся к рукам.

Он нанес крем на поясницу, хотя она почти не обгорела. Его ладони обхватили мою талию и медленно поползли вверх, касаясь боков груди.

Я резко вдохнула и прокляла тот факт, что на мне все еще лифчик.

Я чувствовала тепло его груди у своей спины. Мне хотелось прижаться к нему. Чтобы эти руки обняли меня. Чтобы узнать, каково это — чувствовать его огрубевшие ладони на своей коже.

Мгновение оборвалось, когда он отпустил меня и выдавил на ладонь еще крема.

Я взглянула на флакон.

— Это же средство для ухода за татуировками.

— От солнечных ожогов тоже отлично помогает.

— Мне нравятся твои татуировки.

Его руки замерли на моих бицепсах.

— Я… я сделал их ради девочек.

Я посмотрела на него через плечо.

— Ради Бри и Грейси?

Рэй кивнул. Его прикосновения из обычного намазывания превратились в массаж.

— У меня уже были тату, когда они были совсем маленькими. После смерти их мамы я часто сидел с ними вместо Кристиана, и они разрисовывали мои тату фломастерами. Так что я продолжал их делать. Это было наше. Когда… — он вздохнул. — Когда я выступал в Хьюстоне или Далласе, я обязательно заезжал сюда на ночь-другую, и они разрисовывали их на удачу.

— Ты правда их любишь?

Его ладони сжали мои плечи.

— Да. Они были моими девочками так же, как и Кристиана.

— Тогда почему ты не разговариваешь с ними и не даешь им тебя видеть?

Его пальцы напряглись.

— Потому что я больше не их герой.

— Не думаю.

— Брук…

Я развернулась и прилегла рядом с ним.

— Ты был их героем не потому, что выступал на родео. А потому что был рядом, когда они нуждались в тебе. Сейчас ты не их герой только потому, что сам не даешь им тебя видеть. Это твой выбор. И он никак не связан с тем, можешь ты ходить или нет.

Я ждала вспышки злости, но ее не было. Лицо Рэя осталось прежним.

— Знаешь, ты единственная, кому сейчас сходит с рук такое.

— Тогда приму это за комплимент.

— Не заигрывайся, Солнышко. Уволю.

Я рассмеялась.

— Начинаю думать, что ты просто любишь пугать меня увольнением. — Я распустила волосы. — Мне кажется, я тебе нравлюсь.

— Я тебя не ненавижу. — В его темных глазах мелькнуло что-то теплое. — Но ты ходячая катастрофа и заноза в моей заднице.

— Лучшая работа на свете. Даже если начальник иногда зануда.