Я вытерся и оделся, пользуясь креслом, не желая испытывать судьбу.

Я только натянул спортивные шорты, когда в дверь постучали.

Брук должна была прийти позже, и это был не ее стук. Значит, это…

— Рэй? — позвал брат Нейт, входя без приглашения.

Да. Мне определенно нужен был кодовый замок на дверь.

Здесь никто ничего не запирал, кроме меня. И то, что Гриффит свободно разгуливал по моей кухне, было наглядным доказательством почему.

— Ты вернулся, — сказал я, выкатившись в гостиную и ловко развернувшись у дивана.

Нейт путешествовал с женой Бекс — она работала корреспондентом по международным делам. Раньше он выполнял еще и роль ее охраны, благодаря службе в армии, а теперь за границей сидел с ребенком.

— Прилетели вчера ночью, — сказал он, хозяйничая у моего холодильника. — Разница во времени убивает.

— Куда вас занесло на этот раз?

— Бекс освещала конфликт на границе Афганистана и Пакистана. Канал разместил ее в Исламабаде, так что я торчал в отеле с Чарли, пока она работала на выезде.

Чарли — моя двухлетняя племянница с огненно-рыжими волосами, как у матери.

— У Бекс все прошло нормально? — спросил я.

— Да. Ничего из ряда вон. — Нейт вытащил из холодильника миску в пленке и ткнул в нее пальцем. — Что это, черт возьми?

Я тихо усмехнулся.

— Брук что-то пыталась приготовить. На вкус, как подошва.

— А, та сиделка, которую ты все еще не уволил. — Он снял пленку и понюхал. — Господи, пахнет хуже недельного сухпайка.

— Я предупреждал.

Прежде чем он успел добавить что-то еще, дверь снова открылась. Вошли Кристиан и Си-Джей.

— У вас что, работы нет? — проворчал я, листая телефон. Мои страницы в соцсетях давно пустовали.

Раньше Марти вел их за меня — в основном рекламные публикации, которые я обязан был продвигать. Но с ночи аварии там ничего не появлялось.

И листал я не ради себя. Я искал ее.

— Я на пенсии, — сказал Нейт.

— А твое оправдание? — спросил я Си-Джея. Он стал главным по скоту на ранчо после того, как Кристиан занял место управляющего, заменив отца.

Си-Джей пожал плечами.

— С утра выгулял Инди. Потом забрал Энни. Увидел, что Крис идет к тебе, и решил зайти.

Инди — моя лошадь, Индепенденс. Красивая кобыла, полная противоположность мрачной Энни, которую терпел только Си-Джей.

— Спасибо, — буркнул я. Сам я не мог ни выгулять Инди, ни ухаживать за ней. Это бесило. — А ты зачем? — спросил я Кристиана.

Он заглянул за угол.

— Ищу Брук.

Я закатил глаза.

— Я ее еще не уволил, если ты об этом.

Кристиан приподнял ковбойскую шляпу и провел рукой по длинным волосам.

Может, и мне отрастить волосы и перестать бриться. Стать полным изгоем.

— Нет. Я столкнулся с ней в городе пару дней назад. Она была с каким-то типом.

У меня на затылке встали дыбом волосы.

— Сказала, что это ее сосед, но выглядело так, будто он вымогает у нее деньги. При нем она молчала. Я хотел убедиться, что с ней все в порядке.

Кровь закипела. Почему она ничего не сказала, когда пришла на смену? Брук как обычно болтала и носилась по дому.

— Она должна быть через час, — сказал я, глянув на часы. — Значит, будет через два.

Кристиан провел рукой по бороде.

— Будь с ней помягче. Я не знаю, что там происходит, но будь это одна из моих девочек, я бы переживал.

Мне совсем не хотелось, чтобы он вспоминал о дочерях. Каждый раз, когда я их отталкивал, чувствовал себя мерзко. Но я не мог позволить им видеть меня таким.

Я больше не тот дядя, которого они помнили и заслуживали.

— Позвони, когда она придет, — сказал Кристиан. — Я заеду проверить.

Мне не нужно, чтобы он проверял ее.

Я сам проверю.

Когда братья ушли, я полтора часа смотрел на часы и перерывал соцсети Брук, пытаясь выяснить, кто этот сосед.

Она в основном выкладывала фотографии цветов и облаков с подписями о том, какие они прекрасные. Несколько снимков были с ней. Самые прекрасные из всех.

Когда она не появилась ни вовремя, ни с привычным опозданием, я начал тревожиться.

Почти через четыре часа я услышал, как ее мотор, чихнув, заглох на подъездной дорожке.

Желудок свело. Я сунул телефон в держатель на кресле, который она мне купила, и схватил веревку. Делать вид, что все нормально, проще, чем признать, что я думаю о ней каждую минуту.

Дверь скрипнула, и Брук вошла. Я ждал ее обычного солнечного приветствия, но его не последовало.

Она закрыла дверь, не поднимая головы. Каштановые кудри скрывали лицо.

Я ждал, бездумно завязывая узлы, пока она ходила по кухне. Брук разложила мои лекарства и поставила их к остальным пузырькам.

Я продолжал ждать. Я отправил ей список покупок, и теперь она убирала их в холодильник и шкафы. Минуты шли, она молчала.

— Привет, — сказал я.

Брук пискнула и ударилась головой о дверцу шкафа. Одной рукой схватилась за затылок, другой — за грудь.