— Мне вообще стоит знать, что это было на этот раз? — пробормотал Чарли в темноте. Раскладушка жалобно скрипнула, когда он перевернулся.

Я тихо усмехнулся, закинув руки за голову.

— На этот раз оно не было живым.

— Ты все еще ее достаешь? — Чарли хмыкнул. — Слушай, ты же не такой уж придурок. Зачем это?

— Она слишком зажатая. Рано или поздно я нажму на нужную кнопку, и ей придется сбросить маску и как следует на меня наехать.

— Ты ведь этого и ждешь, да?

— Еще как, — я усмехнулся в темноте.

На самом деле я не такой уж урод, каким прикидываюсь. Но, черт… в этой дыре я жил ради того, чтобы хоть как-то ее задеть. Даже чуть-чуть. Это делало утренние патрули, горы бумаг, внезапные перестрелки и весь этот бардак хоть немного терпимыми.

Когда мне удавалось ее задеть, когда ноздри у нее чуть раздувались, а в ледяных глазах вспыхивал огонь — в эти моменты я забывал о разводе. О войне. О всей этой проклятой жизни.

Я посмотрел на часы. Чуть за полночь.

— А что она вообще не спит так поздно?

— Наверное, свои записи просматривает.

— Она же в четыре утра уже на ногах была?

Он буркнул:

— Бекс может пару недель спать по два-три часа в сутки, потом вырубиться на одну нормальную ночь — и снова вкалывать до изнеможения. Она всегда такой была.

— Ты давно с ее высочеством работаешь?

— Да, — тихо усмехнулся Чарли. — Она из тех, кто поднимается вверх и тянет за собой остальных. Я ей многим обязан. Люблю ее, как родную.

— У тебя есть дети?

— Две дочки. После развода они остались с матерью. — Чарли вздохнул. — После этого они не особо хотели со мной общаться. Считали, что я их мать бросил. Сейчас уже взрослые. Честно говоря, не помню, когда в последний раз с ними разговаривал. Трубку не берут. А когда ты на другом конце света, это не помогает. Скучаю по ним до чертиков.

Пачка документов на развод, пришедшая сегодня, будто прожигала мой шкаф насквозь. Когда я позвонил Ванессе, чтобы узнать, как она, ее интересовало только одно.

Дошли ли бумаги. Когда я их подпишу. Есть ли у меня вопросы. Как я собираюсь отправить их юристам. Нужен ли мне номер факса. Тот ли у меня адрес для отправки.

Мы с Ванессой были вместе с детства. И за десять чертовых минут ей даже в голову не пришло спросить, как я. Почему я вообще продолжаю тратить на нее звонки? Я правда думал, что она передумает? Что подождет, пока я вернусь? Даст мне хоть какой-то шанс? Но если уж мне суждено проиграть, то я буду биться до конца.

— Ты там слишком громко думаешь, кэп.

— Жена хочет развода. Мы уже давно раздельно. Она… прислала бумаги. Сегодня доставили. Ванесса уже все подписала.

Я и сам не понял, зачем это сказал. Я вообще-то не из тех, кто делится личным. Разве что Дикон знал.

— Дерьмово.

— Да. Еще как.

За стеной раздался глухой удар и громкое «черт побери!». Ребекка снова выдала целую тираду — с чувством, с расстановкой — и я невольно улыбнулся. Она всегда такая собранная, такая профессиональная. Мне нравилось видеть, как она отпускает контроль. Я жил ради того, чтобы выводить ее из себя и заставлять реагировать как живого человека, а не как телевизионную куклу. Под всей этой косметикой и правильным голосом скрывался настоящий огонь.

Понимание того, что ее заводит, делало мою жизнь в этой песочнице чуть менее паршивой. Я даже начал подумывать согласиться на этот ее дурацкий документальный проект — просто чтобы еще раз поиграть с ней.

Я закрыл глаза. Ее ругань звучала почти как колыбельная. С улыбкой на губах я провалился в сон. Завтра рано вставать.

***

— Что ты, по-твоему, делаешь?

Черт.

— Ну… если честно, я думал, ты спишь.

Глаза еще не привыкли к темноте, но даже так я разглядел Ребекку, сидящую на кровати. Часы показывали чуть больше трех ночи. Либо Чарли наврал про ее режим, либо она, черт возьми, ясновидящая.

Ребекка застонала, свесила ноги и опустила ступни на пол.

— И что на этот раз? — она зевнула.

Смысла врать не было. Приберегу идею на потом.

Я поднял стопку маленьких стаканчиков из ванной и канистру с водой.

— Хотел уставить весь пол стаканами с водой. Чтобы ты не смогла встать с кровати.

Она недоверчиво рассмеялась:

— Ты серьезно собирался тратить питьевую воду, лишь бы меня взбесить, в стране, где у половины людей нет доступа к чистой воде?

— Тебе станет легче, если я возьму грязную?

— Мне станет легче, если ты просто оставишь меня в покое.

Ее вспышка только раззадорила меня.

Значит, Рыжая с характером, когда не выспалась.

— И где тут веселье?

Она схватила что-то с кровати и направилась к двери, толкнув меня плечом по пути. Тело сработало быстрее головы. Я выронил свои «подарки» и подхватил ее, когда она пошатнулась. Руки легли на ее бедра, почти полностью охватывая тонкую талию, удерживая ее, прежде чем она врезалась в косяк.

— Может, выберешь соперника своего размера, Ребекка? — усмехнулся я.