— Да, — гласные Чарли растягиваются под грузом скепсиса. — Наверное, просто…

— Тсс.

Вокруг мертвая тишина. Я снова дергаю телефон из заднего кармана, и сердце тут же спотыкается. Белый прямоугольник в правом верхнем углу, еще секунду назад полностью заполненный, теперь застыл на половине.

— Черт возьми.

— Что? Что случилось? — спрашивает Чарли.

— Телефон! Он съел половину батареи.

Он медлит.

— И? Ты что, забыла ночью зарядить его?

— Я проверяла секунду назад — он был полный! Что-то здесь высосало заряд.

— Я уверен, есть разумное объяснение…

— Ага. Призраки, — шиплю я, сбрасывая рюкзак с плеча.

— Если бы это случилось у тебя дома на диване, ты бы звонила в службу поддержки. Но раз мы в этом жутком месте — сразу призраки? Зачем призраку вообще батарея телефона, Вин? Ну серьезно.

Я закатываю глаза, роясь в маленьком переднем кармане.

— Энергия, Чарли. Для связи. Я это почувствовала. Только что. Сразу после того странного звука. Падение заряда — не совпадение.

— Уверен, это просто… — Он обрывает себя, уставившись на мою руку, и пару раз моргает. — Это… — он тяжело вздыхает, проводя ладонью по щеке. — Ага. Игрушка для кошек.

Но меня так распирает от возбуждения, что я сама, наверное, могла бы запустить детектор электромагнитного поля, так что его сарказм благополучно игнорирую. Наши расследования иногда выстреливают, иногда нет, но первый намек на активность на локации, готовой с нами «поиграть», никогда не надоедает.

Я знаю, что слышала. Знаю, что телефон был заряжен. И больше всего я доверяю тому Знанию, что поднялось в животе. Я оттачивала интуицию, как холодную сталь клинка, с самого детства — она ни разу меня не подводила.

Теперь нужно это проверить.

Шарик для кошек устраивает в моей ладони световое шоу, прежде чем я ставлю его на пол в нескольких шагах от себя. Когда огни гаснут, я вздрагиваю. Датчик движения не срабатывает. Отлично.

Небольшой трепет пробегает по позвоночнику, когда Чарли молчит и просто смотрит.

— Здравствуйте? Меня зовут Вайнона. Кто-нибудь здесь с нами? Кто-нибудь пытается с нами связаться?

Тишина.

Чарли ерошит волосы.

— Это…

— Тсс, — шиплю я, выставляя в его сторону один палец. Приподнимаю подбородок и говорю: — Ты можешь коснуться этого шарика, если хочешь дать нам понять, что ты здесь. Я просто хочу поговорить.

Прохаживаюсь на другую сторону пространства, стараясь не встречаться с Чарли взглядом. Я понимаю, насколько ему сейчас неловко, и если уловлю это в его лице, смущение только собьет меня. Я делаю это не ради него — ради брата. Ривер не простит, если я даже не попытаюсь установить контакт с тем, что, как мне кажется, здесь есть.

— Есть ли здесь кто-нибудь по имени Джеймс Дьюхарст? — обращаюсь я в тихий зал.

Следующие тридцать секунд тянутся, как мед, медленно и вязко стекая с ложки, пока я жду. Слышу тихий хлопок — Чарли собирается заговорить, но тут же замолкает, когда игрушка вспыхивает цветами, которые пляшут по полу.

Кожа покрывается мурашками.

Этому духу хочется играть.

В большинстве наших с Ривером расследований нужно минимум добрых сорок пять минут, а то и час, чтобы как следует «разогреть» энергию пространства. Большинству духов требуется немного ласковых уговоров, прежде чем они соглашаются на полноценный контакт — если вообще соглашаются.

А тут даже получаса не прошло с тех пор, как Ривер оставил меня одну. Такая активность на столь раннем этапе — что-то из ряда вон. Черт возьми, конечно же, его нет рядом, чтобы это увидеть. Пальцы чешутся вытащить камеру из рюкзака. Но снимать не просто перебивки, а полноценный материал? Без него? Это бессмысленно.

— Такая активность так быстро — это безумие, — бормочу я вслух, скорее для себя, чем для Чарли, шагая взад-вперед перед кошачьим шариком.

— О, верю, — отзывается он. — То есть это призрак его включил? Теоретически?

— Теоретически, да. — Я подбираю шарик и убираю его обратно в передний карман рюкзака.

— Ты же говорила, у тебя веб-сериал. Разве тебе не нужно было бы записывать… — он неопределенно машет рукой в ту сторону, где только что лежал шарик, — …вот это все?

Я закусываю щеку изнутри, прикидывая, сколько можно сказать.

— В теории — да. Но мой соведущий еще не вернулся.

Может, мне кажется, но при слове «соведущий» его взгляд сужается.

— То есть ты затащила еще кого-то бегать за призраками вместе с тобой?

Все наоборот, просто ему это знать необязательно: это Ривер затащил меня. Два года назад я была на месте Чарли и скептически хмыкала, пока брат пытался объяснить, как работает спирит-бокс.

Мне нужно позвонить брату. Ненавижу мысль упускать такую активность, но у нас есть правило «не проводить расследования в одиночку», и оно появилось не просто так.