— Возможно, я воспользуюсь предложением.

Я был чертовым идиотом.

Осознание накрывает меня прямо за рулем, пока спаниели тяжело дышат на заднем сиденье. После проверки Тильда пришла ко мне, а я отгородился от нее. Замкнулся. Поступил точно так же, как всегда, когда что-то идет не по плану: ушел в себя и оттолкнул единственного человека, который действительно мог меня понять.

Единственного человека, который мне нужен.

Наверное, сейчас она сидит в коттедже и думает, что мне все равно. Что она ничего для меня не значит.

Хотя на самом деле я уже не представляю ни это место, ни эту жизнь без нее.

Я сильнее давлю на газ.

Еду по Харбор-роуд, мимо гостиницы и гуляющей семьи, которая машет собакам в заднем окне. У маленького белого коттеджа по обе стороны от крыльца стоят горшки с ярко-красной геранью. Когда я останавливаюсь у дома, из окна на меня смотрит знакомая печальная морда бассет-хаунда.

Тильда

Стук в дверь заставляет меня вздрогнуть.

Флора не лает, что для нее необычно. Я выглядываю через стекло, вижу знакомый силуэт, и желудок ухает вниз.

— Боже, — говорю я, уже начиная извиняться, пока распахиваю дверь. — Прости, я просто не знала, что делать после…

Он смотрит на меня сверху вниз с непроницаемым выражением. Глаза темные.

— …сад уже закончен, а я не понимала, чем теперь заняться. Решила ненадолго исчезнуть, потому что я…

Финн ничего не говорит. Он не сводит с меня глаз, а сердце колотится в груди. Я зажмуриваюсь и морщу лицо, потому что ненавижу выяснять отношения, и…

Глаза распахиваются, когда он входит, обхватывает мою челюсть большой шершавой ладонью и смотрит сверху вниз. Потом приподнимает мое лицо и целует так, будто только ради этого и приехал к моему порогу.

Я слишком потрясена, чтобы ответить, но вскоре голова наконец поспевает за губами. Я чувствую, как его язык касается моего, а борода царапает кожу. Через мгновение он уже прижимает меня к стене в прихожей, а мои руки скользят под мягкую ткань рубашки с эмблемой винокурни Бенруар и вцепляются в твердую спину.

Когда он наконец отстраняется, то смотрит на меня с полуулыбкой и качает головой.

— Я приехал не ругать тебя. — Его большой палец скользит по моей челюсти.

Я судорожно вдыхаю.

— Тогда зачем…

— Потому что я вел себя как идиот. — Его темные глаза не отпускают мои. — После проверки ты пришла ко мне, а я отгородился. Я всегда так делаю, когда все идет не по плану: ухожу в себя. Но в этот раз оттолкнул единственного человека, который действительно важен.

В горле сжимается.

— Финн…

— Я не умею впускать людей в свою жизнь. Но больше не хочу тебя отталкивать. — Его ладонь скользит к моему затылку. — Поэтому я приехал попросить тебя остаться.

— Ради сада? — Голос звучит тише, чем мне хотелось.

— Нет. — Его большой палец снова проводит по моей челюсти. — Ради меня. Потому что я не хочу проходить через все это без тебя. Вообще ничего не хочу без тебя.

Я смотрю на него, а сердце колотится как безумное.

— Ты хочешь сказать…

— Я хочу сказать, что ты полностью меня разрушила, Хаос. И я не хочу возвращаться к жизни, которая была до того, как ты в нее ворвалась.

— Но… — Я все еще пытаюсь это осмыслить. — Сад закончен. Проверка позади. Зачем я тебе вообще нужна?

— Для всего. — Он произносит это просто. — Но дело уже не только в винокурне. Это долгая история.

Я протягиваю руку и кладу ладонь ему на живот, а потом медленно веду ее вниз, к ширинке джинсов. Он перехватывает мою руку с кривоватой усмешкой.

— К этому вернемся позже. Сейчас мне нужен твой прекрасный ум.

Он наклоняется погладить Флору. Та уселась на край его ботинка и смотрит на него с обожанием.

— Предательница, — говорю я ей.

Она виляет хвостом, не отрывая от него взгляда.

— Флора со мной согласна, правда, девочка?

— То, что ты заставил мою собаку в тебя влюбиться, еще не значит…

Я осекаюсь. Лицо вспыхивает, а Финн впивается в меня взглядом, темным и напряженным.

— Не значит что? — Голос у него низкий и осторожный.

— Я… — Я не могу на него смотреть. — Ничего. Я…

— Тильда. — Он подходит ближе. — Что ты хотела сказать?

Я качаю головой, не в силах вымолвить ни слова. Потому что едва не сказала это. А теперь он смотрит так, будто уже все понял, и мне страшно, но в то же время я надеюсь, и…

Он берет меня за руку, и у меня перехватывает дыхание.

— Я не слишком хорош в словах. Мне проще доказывать поступками. Но ты должна знать… — Он сжимает мою ладонь. — Это не… все это… ты важна для меня.

— Я важна, — повторяю едва слышно.

— Больше всего на свете. — Он притягивает меня к себе и обхватывает ладонью щеку. — Поэтому да. Останься. Пожалуйста.

Он целует меня в макушку, а потом с заметным усилием отстраняется.

— А теперь бери ключи, пока я не забыл, что нам нужно спасать остров.