Я пристально смотрю на нее, чувствуя, как губы растягиваются в усмешке. Она прислоняется к столешнице и встречает мой взгляд с дразнящей улыбкой. Когда она слегка отклоняется назад, футболка задирается выше по бедрам.

— Чаю, — добавляет она с невинным видом.

Воздух между нами густеет. Я медленно отодвигаюсь от стола и, не разрывая зрительного контакта, иду к ней. Усмешка становится шире.

— Не хочу, — говорю я, запуская пальцы в ее волосы и запрокидывая ей голову.

Я прижимаю ее к кухонной стойке, и она издает тихий звук, от которого член мгновенно твердеет. Ее пальцы сжимают мою рубашку, притягивая ближе.

Я отодвигаю чайник и сажаю ее на столешницу. Она обхватывает меня ногами и прижимается сильнее. Я уже твердый и болезненно хочу ее.

— Финн… — выдыхает она, когда я подаюсь бедрами вперед и прижимаю ее к месту.

— Ты спустилась сюда ради чая? — Моя ладонь скользит вверх по ее ноге, а губы находят чувствительное место у основания шеи. — Или все-таки ради этого?

— Возможно. — Ее дыхание сбивается, когда моя рука поднимается выше, а большой палец проводит по мягкой коже бедра. — Может, и ради того, и ради другого.

Ее пальцы запутываются в моих волосах.

Она ерзает на столешнице, и моя ладонь скользит между ее бедер. Под футболкой ничего нет. Я вскидываю брови и смотрю на нее.

— Не думаю, что ты вообще спускалась за чаем.

Она закусывает нижнюю губу, когда моя ладонь накрывает грудь. Сосок твердый и словно просится мне в рот.

— Финн… — Она нетерпеливо дергает мой ремень.

Я поднимаю голову и смотрю ей в глаза.

— Тише.

Я жестко целую ее, заглушая все, что она собиралась сказать. Моя рука снова скользит между ее бедер. Она влажная и готовая. Я стону ей в губы.

— Господи, Тильда.

— Пожалуйста, — хнычет она, прижимаясь к моей ладони.

— Пожалуйста, что? — Я провожу большим пальцем по кругу и смотрю, как ее глаза закрываются. — Скажи, чего хочешь.

— Тебя. Внутри меня. Сейчас.

Я уже расстегиваю ремень и одной рукой достаю серебристую упаковку, которую раньше сунул в задний карман.

— Ты носишь их на всякий случай?

Я ухмыляюсь.

— Вчера мы смахнули его со стола, и я засунул в карман.

— Понятно.

Она приподнимает бедра, толкаясь в мою руку.

— Какая требовательная. — Я смеюсь и ввожу в нее два пальца, заставляя ахнуть. — Держись.

Я спускаю джинсы ровно настолько, чтобы освободить член. Она обвивает руками мою шею, и через пару секунд я вхожу в нее одним медленным глубоким толчком. Мы оба стонем.

— Черт, — выдыхаю я, прижимаясь лбом к ее лбу.

Она горячая и тесная. Ее тело сжимается вокруг меня, привыкая к растяжению. Я даю ей время, медленно целую, пока она не подается бедрами навстречу в безмолвном требовании.

— Еще, — выдыхает она.

Я отстраняюсь и снова вхожу, на этот раз сильнее. Столешница скрипит, посуда за ее спиной грохочет, но мне плевать. Я крепко держу ее за бедра, не давая сдвинуться, и продолжаю двигаться. Она немного меняет угол и стонет от удовольствия.

— Да… — Она запрокидывает голову, когда я ускоряюсь. — Боже, да, вот так…

— Смотри на меня. — Я беру ее за подбородок, заставляя встретиться со мной взглядом. — Хочу видеть тебя, когда ты кончишь.

Ее зрачки расширены, губы приоткрыты и припухли от моих поцелуев. Я заставляю себя сосредоточиться и выравниваю ритм, просовывая руку между нами. Ее тело напрягается, когда мои пальцы начинают двигаться в такт толчкам.

Я смотрю, как размыкаются ее губы и сбивается дыхание. Она утыкается лицом мне в шею, приглушая стоны о мое плечо. Я чувствую, как она пульсирует вокруг меня, затягивая глубже, и этого оказывается слишком много. Я с глухим стоном следую за ней, изливаясь внутрь, когда мои бедра в последний раз резко подаются вперед.

Какое-то время мы остаемся в этом положении, тяжело дыша. Ее ноги все еще обвивают мою талию, пальцы цепляются за спину.

— Что ж, — наконец говорит она, — это было лучше чая.

— Самую малость.

Она шлепает меня по плечу, а я ухмыляюсь.

— Иди наверх, — говорю я, целуя обнаженное плечо, с которого сползла футболка. — Я здесь все закрою, а потом покажу, что еще бывает лучше чая.

— Это обещание? — Она придвигается к краю столешницы, а я обхватываю ладонями изгибы ее бедер и помогаю спуститься.

— Вроде того. — Я смотрю, как она идет к двери и бросает через плечо кокетливый взгляд. — Или угроза, — рычу я, снова заставляя ее рассмеяться.

Тильда

Я понятия не имею, что положено надевать на проверку к женщине, которая является в поддельном костюме «Шанель» с сосками, способными пробить броню. Но подозреваю, что Дженнифер в любом случае посмотрит на меня свысока. Поэтому натягиваю чистый комбинезон и темно-синюю футболку-поло винокурни Бенруар, которую Джорджия заказала с материка, и спускаюсь на кухню.