— Эй! — Он более-менее успешно уворачивается от ее языка. — Иди, Кайли. Я сейчас приду.

Нет. Не придет.

Несколько секунд я наблюдаю за ними. Эбби явно по уши влюблена в Эрика, и я предпочитаю считать это хорошим знаком. Понимаю тебя, девочка. А он отвечает ей полной взаимностью — обнимает ее и что-то тихонько рассказывает. Я качаю головой и плетусь на кухню. Просто смешно, насколько хорошо они ладят.

Содержимое холодильника подсказывает, что сегодня на ужин у нас паста с томатным соусом. И что мне срочно пора в магазин за продуктами.

Я уже собираюсь нарезать одну из луковиц, когда телефон на столешнице начинает вибрировать. Наверняка Габриэлла хочет узнать, как все прошло.

Но нет.

Стоит мне перевернуть телефон и посмотреть на экран, как настроение мгновенно летит вниз. У моей матери просто талант выбирать худший момент.

И все же я отвечаю. У меня до сих пор есть к ней серьезный разговор насчет того, зачем она дала Заку мой новый адрес.

— Привет, мам.

— Ну наконец-то! — тут же обвиняюще восклицает она. — Что теперь нужно сделать, чтобы ты вообще подняла трубку?

— Если весь этот разговор будет состоять из того, что ты меня отчитываешь, я кладу трубку.

Я уже отнимаю телефон от уха.

— Подожди.

Я снова прижимаю его к щеке.

— Почему ты всегда так агрессивно настроена?

Я даже не удостаиваю этот вопрос ответом.

— Я звоню узнать, как все прошло с Заком.

Я упираюсь свободной рукой в столешницу и опускаю голову.

Глубоко вдохни, Кайли. Она желает тебе добра. Она желает тебе добра.

Я повторяю это про себя, как мантру, но даже после десятого раза так и не могу заставить себя поверить.

— Ничего с Заком никуда не движется, мама. — Мой голос холоден как лед, а плечи напрягаются от злости.

— Но почему? Его же уволили. Теперь у него полно времени на тебя. Ты должна радоваться.

— Дай-ка я уточню, правильно ли поняла. Я должна радоваться тому, что его уволили?

Когда работаешь в маркетинге и постоянно следишь, чтобы ни одно сообщение нельзя было истолковать неправильно, поневоле привыкаешь выискивать в словах скрытые, неочевидные смыслы.

Но ее попытка вызвать у меня чувство вины просто убивает.

— Я имею в виду, почему ты не рада? Сначала жаловалась, что он совсем не проводит с тобой времени, а теперь, когда оно у него появилось, ты опять недовольна.

— Мы разведены, мама.

Эрик заходит на кухню и бросает на меня озадаченный взгляд. Я слегка качаю головой и указываю на телефон. Он мягко отодвигает меня в сторону, осматривает ингредиенты на столешнице и, не говоря ни слова, начинает нарезать лук, жестом отправляя меня в гостиную.

— Вы все еще можете снова сойтись! Аннулируйте развод и вернитесь в свой брак, как обещали перед Богом.

— У меня есть парень, мама, — шиплю я в телефон, усевшись на диван и наблюдая, как Эрик готовит. — И у меня ноль желания снова сходиться с Заком.

— У тебя что? — так громко взвизгивает она, что мне приходится отнять телефон от уха.

— Парень! — так же громко кричу я в ответ.

Ого. Это было агрессивно.

Но зато правда.

Эрик поднимает глаза — сначала удивленно, потом до него доходит смысл моих слов, и, когда наши взгляды встречаются, мы оба расплываемся в улыбках.

Я впервые назвала его своим парнем прямо при нем, и произнести это вслух все еще ощущается куда значительнее, чем просто думать об этом.

— О господи.

Ну вот. Началось.

Я закрываю глаза, готовясь к неизбежной тираде.

— Не могу поверить, Кайли. Ты идешь против священного таинства...

— Мама, можно я просто напомню тебе, что у тебя сейчас третий муж?

Эрик прячет смех за кашлем.

— Я покаялась. Брак — это священный союз.

— А-а, ну тогда все нормально. — Я закатываю глаза, вскакиваю и начинаю ходить по гостиной. — Сейчас быстренько заскочу в церковь и как следует покаюсь. Тогда ты наконец от меня отстанешь?

— Кайли, ты насмехаешься над Богом.

Я останавливаюсь перед окном во всю стену и смотрю на свое озадаченное отражение в стекле.

— Я буквально только что сказала, что собираюсь покаяться.

— Но по голосу не похоже, что ты говоришь серьезно.

— А ты говорила серьезно? Просто освежу тебе память: с папой ты развелась потому, что завела любовника. Значит, тебе каяться вдвое больше. — Я скрещиваю руки на груди и хмурюсь.

— Кайли...

— И я почти уверена, что ты мне раньше врала. Например, про Санту. За это ты тоже покаялась? А за второй развод?

— Ты не можешь просто...

— Еще как могу. Я бесчисленное количество раз просила тебя, черт возьми, оставить меня в покое с моим разводом. И что ты делаешь? Отправляешь сюда Зака. С меня хватит твоего вмешательства.

— Кайли, я...