— Звучит как раз в ее вкусе, — выдавливаю я и прочищаю горло.

— Если хотите, я могу заказать ее для вас, и вы заберете книгу через два-три дня. Вас устроит?

— Да, — отвечаю я еще до того, как мозг успевает толком осмыслить сказанное.

— Отлично. Пойдемте со мной, я сейчас все оформлю. Что-нибудь еще ищете?

Тебя.

Голос у меня в голове буквально орет это слово, но я качаю головой.

— На сегодня все.

Не могу. Признание уже вертится на языке, но я заставляю себя проглотить его.

— Отлично.

Еще одна дружелюбная, но отстраненная улыбка продавца.

Она идет вперед, а я плетусь следом, словно потерявшийся щенок. Оказавшись за кассой, она пробивает плед, про который я уже успел забыть, оформляет заказ на книгу, а затем протягивает мне пакет с пледом и чек.

— Тогда увидимся через два-три дня. Хорошего вам дня, сэр.

— И вам, — бормочу я и как в тумане поворачиваюсь к выходу.

Чем ближе подхожу к двери, тем труднее становится дышать.

Черт, мне нужен воздух.

— Он показался мне ужасно знакомым, — слышу я, как пожилая женщина шепотом говорит это, но ответа Майи уже не слышу — я оказываюсь на улице.

Я трус.

Перебегаю дорогу обратно к машине, запрыгиваю за руль и только тогда позволяю себе окончательно запаниковать.

Я гребаный трус.

По крайней мере, я вошел в магазин. Я встретился с ней. И теперь точно знаю, что это действительно она.

Когда мысли наконец перестают носиться по кругу, я завожу двигатель и почти на автопилоте еду домой.

Через тридцать минут паника наконец отступает. Еще через тридцать я уже почти спокоен. А спустя еще полчаса могу думать только о том, как сильно хочу, чтобы Кайли сейчас сидела рядом на пассажирском сиденье и я мог обо всем ей рассказать.

Я даже не принимаю осознанного решения ехать к Кайли, но, когда мозг наконец отключает автопилот, я уже сворачиваю на ее подъездную дорожку.

Я еще не успеваю выбраться из машины, а Кайли уже стоит на крыльце и ждет меня.

Не говоря ни слова, я преодолеваю несколько метров до крыльца и подхватываю ее на руки.

— Я так тобой горжусь, — шепчет она мне на ухо, обхватывая меня руками и ногами, пока я прижимаю ее к себе так крепко, как только могу.

У меня по-прежнему нет слов.

Я заношу ее в дом, ногой захлопываю за нами дверь и несу в гостиную. Опускаюсь на диван, усаживая ее к себе на колени, утыкаюсь лицом в изгиб ее шеи и делаю глубокий, дрожащий вдох.

— Ты встретил ее?

Ее пальцы скользят по моим волосам, мягко массируя кожу головы.

Я киваю.

— Ты отлично справился. — Она целует меня в висок. — Я так тобой горжусь.

— Гордиться нечем. Я ей ничего не сказал, — бормочу ей в футболку и слегка качаю головой.

— Мне все равно. Я все равно тобой горжусь.

— В следующий раз поедешь со мной?

— Конечно.

Слезы, которые я сдерживал весь день, наконец текут по щекам и впитываются в ее футболку. Эбби запрыгивает на диван, явно не понимая, что происходит, ставит маленькие лапы мне на плечо и тычется носом в висок.

Я не знаю, что именно заставило меня приехать сюда, но чертовски рад, что это произошло.

Глава 38Кайли

Плечи Эрика дрожат, дыхание сбивается, пока он прячет лицо у меня на шее.

— Тише. — Я глажу его по спине маленькими кругами и перебираю пальцами волосы. Я ему совсем не завидую. То, через что он сейчас проходит, — слишком тяжело. Даже стоять в стороне и наблюдать выматывает, потому что я волнуюсь за него, и не представляю, что чувствует он сам, переживая все это. — Ты сделал это, — шепчу ему на ухо, и его руки лишь сильнее сжимаются вокруг меня.

— Прости, — бормочет он, но отпускать меня явно не собирается.

Я ласково похлопываю его по затылку.

— Не извиняйся. Только не за это.

— А есть что-то, за что мне стоит извиниться? — Его голос приглушает моя огромная толстовка.

— За то, что не позволил мне поехать с тобой. И за то, что ты немножко лицемер.

— Лицемер? — Он отстраняется и смотрит на меня покрасневшими глазами, недоуменно прищурившись.

— Ага. Ты же вечно говоришь мне перестать извиняться. — Я кладу ладони ему на щеки и большими пальцами вытираю слезы. — Теперь настала твоя очередь проглотить собственные слова.

— Похоже, да. — Он усмехается и тихо качает головой. — Не рекомендую.

Эбби сидит рядом, склонив голову набок, и явно не понимает, почему Эрик до сих пор толком с ней не поздоровался.

— Давай приготовим ужин, а за едой ты расскажешь мне все до мельчайших подробностей? С того момента, как вошел в ее магазин, и до того, как за тобой закрылась дверь.

Это скорее требование, чем вопрос, потому что я весь день как на иголках, гадая, как все прошло.

— Звучит как идеальный способ провести вечер.

— Отлично. — Я слезаю с его колен, и мое место тут же занимает Эбби, наконец требуя положенной ей порции ласки.