— Кэти, — голос у него хриплый. — Продолжишь так на меня смотреть – все закончится быстрее, чем тебе хотелось бы.

— У тебя очень красивый член, — возражаю я. — Ничего не могу с собой поделать.

Он со смехом втягивает воздух и забирается на подушку.

— Дай покажу, что я умею с ним делать.

Его рот находит мой сосок, и я хихикаю. Ничего не могу с собой поделать. Он сексуальный, смешной и возбуждает меня сильнее, чем я вообще считала возможным. Я выгибаюсь под жестким движением его губ. Царапнувшие зубы вырывают из меня стон.

Я мгновенно возвращаюсь туда, где была раньше. Задыхаюсь. Натянута до предела. Таю под его вниманием.

Я дергаю его за волосы.

— Прелюдия потом.

Он игнорирует меня, втягивает в рот второй сосок, а затем отпускает с довольным звуком.

— У тебя невероятное тело, Кэти, — его глаза встречаются с моими, темно-зеленые, мягкие и затуманенные под тяжелыми ресницами. — Я так давно хотел к нему прикоснуться.

Словно доказывая это, он проводит горячим языком вниз по моему животу.

— Такая сексуальная, — рокочет он, длинные пальцы обхватывают мою грудь. — Такая, блять, сексуальная. Все, чего я хочу.

Сердце колотится и в груди, и между ног, пока его горячий рот движется ниже.

— И это, — произносит он с изумлением в голосе, проводя языком по моему бедру. — Никогда не думал, что увижу тебя такой.

Мысли разлетаются. Я заставляю себя не закрывать глаза, чтобы видеть лицо Тристана.

— Так нормально? — мягко спрашивает он.

Я киваю, и по его губам расползается медленная убийственная улыбка, прежде чем он разводит мои ноги шире.

— Кэти, — выдыхает он, плечи напряжены между моими бедрами.

— Что? — я приподнимаюсь на локтях.

— Ты вся мокрая для меня, детка.

Он выглядит одновременно потрясенным и самодовольным, и, когда наши взгляды встречаются, щеки вспыхивают. Я двигаюсь на нагретой солнцем коже, но его ладонь предупреждающе ложится мне на живот.

— Мне нравится.

Его язык скользит по моей киске, и из меня вырывается задыхающийся, невнятный звук.

— Блять, мне очень нравится.

Он размазывает языком влагу между моими ногами, играет со мной, как делал пару дней назад, медленно, смакуя. По крайней мере, именно так ощущаются эти долгие, ласковые движения. Я чувствую, как становлюсь еще мокрее.

Когда он касается языком клитора, живот сжимается.

Тристан довольно мычит, когда я хватаюсь за его волосы и трусь о его лицо.

— Прости, — задыхаюсь я. — Прости.

Он поднимает голову. Его глаза настолько темно-зеленые, что кажутся почти черными. Губы и подбородок влажные.

— Блять, утопи меня в этом, — рычит он.

От его слов внутри все сжимается, а потом он втягивает мой клитор в рот, и из меня вырывается высокий, отчаянный стон.

— Тристан.

Я двигаюсь под его ртом, чувствуя, как за ладонью на животе нарастает оргазм. Жар там внизу слишком приятный и приходит слишком быстро. Мне одновременно хочется выгнуться и отстраниться.

— Тристан, пожалуйста.

Он заставляет себя оторваться и поднимается на колени.

На головке его члена блестит предэякулят. Он почти рассеянно размазывает его большим пальцем, и мой живот вздрагивает. Наши взгляды встречаются. Он тяжело сглатывает и обхватывает член рукой.

Я выгибаюсь. Он проводит им по влажности моей киски.

Так близко к тому месту, где он мне нужен. Так близко. Его ладонь сжимает мое бедро. Он уже тяжело дышит, плечи напряжены, мышцы шеи натянуты.

Головка задевает клитор, и я стону. Звук дикий, я едва узнаю собственный голос.

— Кэти, — хрипло произносит он. Его рука сжимает член, и от запястья до плеча перекатываются мышцы.

— Ты мне нужен, — я выгибаюсь под ним, задыхаясь.

Он сжимает мое бедро, лицо искажено мучительным желанием.

— Скажи мне остановиться.

— Что?

Он стискивает зубы.

— После этого для меня дороги назад не будет, Кэти. Я трахну тебя без презерватива, кончу в тебя, и это меня уничтожит.

Он уже у моего входа. В животе порхают крылья.

— Скажи мне остановиться, — слова ломаются, и, когда он поднимает взгляд от моего тела, я вижу, насколько сильно ему это нужно.

Я словно парю, хотя пальцы отчаянно ищут опору на гладкой коже. После этого дороги назад нет.

— Я бы очень хотела, чтобы ты меня уничтожил.

Его дыхание дрожит. Веки опускаются, когда он входит в меня.

Это все.

Растяжение. Наше смешанное тяжелое дыхание, пока я пытаюсь насадиться на него, а он заставляет меня двигаться медленно. То, как он заполняет меня.

— Я делаю тебе больно?

— Еще, — я выгибаюсь.

— Хорошо.

Теперь он внутри до конца. Мои бедра сжимают его ноги. Он делает круговое движение тазом, и я давлюсь звуком.

— Хорошо?

— Невероятно.

Он тяжело выдыхает.

— Мне тоже.