— Правила? — я прислоняюсь к дверному косяку и пытаюсь повторить его позу. Он стоит, скрестив руки на груди и небрежно закинув одну щиколотку за другую. Правда, мне никак не удается так же самодовольно приподнять бровь, но у него вообще пугающе подвижные брови. — С моим нарядом все нормально? Я забыла одеться как торговец кокаином в отпуске.

Он запрокидывает голову и смеется, подставляя горло утреннему солнцу. Я смотрю на него и улыбаюсь. Рубашка расстегнута слишком низко, а бледно-зеленый костюм годится разве что для яхтинга и выпивки. И все равно он выглядит до невозможности привлекательным. Не недосягаемым – наоборот, слишком осязаемым. Будто рассказывает одними глазами шутку, понятную только нам двоим. Он вечно в движении, вечно смеется, и когда меняет позу, а мышцы живота напрягаются под рубашкой, мой живот отвечает опасным кульбитом. Был бы он хоть немного холоднее, менее открытым или просто... менее. Тогда рядом с ним было бы гораздо безопаснее.

— Погоди, — я прищуриваюсь. — Кажется, если присмотреться, я увижу твой пупок.

— Оставь это на потом, женщина. Господи, — он зажимает ворот рубашки, и мы оба смеемся, а потом он протягивает мне кусок белой ткани.

— Правило номер один. Ты должна это надеть. Если только не угадаешь, какого цвета на мне трусы. Тогда надену я, — он протягивает мне белую ткань. — Правило номер два. Веду я, и первый час музыку тоже выбираю я.

— Тиран, — бормочу я.

— Еще какой, — весело отвечает он. — Правило номер три. Остановки планирую я, и тебе они обязаны нравиться.

— Ничего себе. А я-то думала, мы едем на тренировочное свидание, — я не могу скрыть улыбку в голосе. Рядом с Тристаном мне кажется, будто на нас направлен прожектор. За пределами золотого сияния, которое он излучает, все остальное становится размытым и тусклым.

Он победно ухмыляется и встряхивает ткань.

— Есть догадки?

Я сужаю глаза. Я бесчисленное количество раз видела Тристана в плавках, но никогда – в нижнем белье. Предсказать его невозможно. Розовые? Неоново-зеленые? Черные? Мой взгляд опускается на его ноги в бледно-зеленой ткани.

— Однажды ты сказал, что плохо сидящее белье может испортить линию хорошего костюма.

Его глаза блестят, когда он кивает.

Я обхожу его кругом, и он отталкивается от перил, позволяя мне рассмотреть себя.

— Подними пиджак.

Он усмехается и поднимает его.

— Если хочешь посмотреть на мою задницу, Бейли, просто попроси.

Я щелкаю его по плечу, но все-таки смотрю. Всего на одно короткое мгновение, от которого сводит живот, охватываю взглядом узкую талию, идеальную задницу, длинные ноги.

— Хороший костюм, — говорю я. — И трусов на тебе нет.

Он сгибается пополам от смеха и закрывает лицо руками. Плечи трясутся.

Я победно вскидываю кулак.

— Да, блять!

Он смеется еще сильнее.

Я тыкаю его в плечо.

— Я намного умнее, чем ты думаешь. Признай.

Он стонет в ладони, пытаясь отдышаться.

— Признай, Тристан, — рычу я. — Я знаю тебя лучше, чем ты думаешь.

Наконец он поднимает голову. Его взгляд смягчается, скользя по моему лицу, улыбка становится менее широкой и превращается во что-то теплое, чего я не умею читать.

— Знаешь. И мне это нравится, — он не отводит от меня глаз, снимая пиджак, а потом тянется к краю рубашки. Я сглатываю, когда он обнажает все больше кожи. Я сотни раз видела его голую грудь в океане, но сейчас это почему-то кажется интимным. Вот так он выглядел бы рядом с любовницей. Горячий взгляд, исчезающая с лица улыбка, ничем не прикрытая уверенность. — Подай мне ту футболку, — говорит он и стягивает рубашку через голову. Бицепсы напрягаются, широчайшие вытягиваются, пока от шеи до впадин у талии он не превращается в одну длинную линию мышц.

Я отворачиваюсь, пока он не надевает футболку и не разводит руки в стороны, предлагая мне оценить.

— «Грандиозное приключение Тристана и Кэти™1», — читаю я. — «Спроси меня о моем фетише на ступни»... Господи. Что с тобой не так?

Он вздыхает.

— Многое, — скорбно отвечает он. — Очень, очень многое.



На заправке недалеко от Провиденса я замечаю, как продавщица косится на футболку Тристана, пока он набирает стопку стаканов для газировки. Я опираюсь локтями на стойку.

— Можете спросить.

Она переводит взгляд на меня.

— Как-то слишком личное, — она надувает пузырь из жвачки, а потом снова смотрит на Тристана. Мне хочется сочувственно похлопать ее по руке. Даже в таком виде он – стихийное бедствие: солнечные очки подняты в волнистые волосы, сам он хмуро изучает напитки. Будто модель с подиума заблудилась по дороге в Милан.

— Он очень странный молодой человек, — шепчу я.

— Хватит обсуждать меня и иди помогай наливать, — одергивает Тристан.

Я отталкиваюсь от стойки и иду за ним к автомату с газировкой, варианты которого он изучает как генерал перед битвой.

— Меня не переплюнуть. Лучшее сочетание – кола с лимонадом.

— Хм, — он втягивает нижнюю губу в рот. — Надо попробовать. Ради науки.