— Только один раз, — я поднимаю лапы для спарринга до уровня плеч и жестом предлагаю Эмори нападать. Воспоминание о вчерашнем поцелуе возвращается в каждую свободную секунду. Сегодня дежурит Нур, и сейчас она с Тристаном на его свидании.

Эммалин. Так ее зовут. Она, как и он, училась в Принстоне. В сообщении она написала, что они состояли в одном обеденном клубе, что бы это ни значило. Нур сказала, что все идет хорошо.

Левый кулак Эмори врезается в лапу. Я принимаю удар.

Я не хочу, чтобы все шло хорошо, и это делает меня худшей подругой на свете.

— Как все прошло? — спрашивает Эмори.

Я опускаю руки и смотрю на подругу. Эмори искушенная. Она невероятно умная, и, клянусь, Эйден буквально задыхается, когда она входит в комнату, хотя и пытается это скрыть. Они помешаны друг на друге, и, если честно, я понимаю почему. Она горячая, умная и бесстрашная.

Я прикусываю губу.

— Очень хорошо, — шепчу я. Низ живота щекочет легкая дрожь. — Словно я вся сделана из блесток.

Она задумчиво хмыкает.

— Ты уверена, что для него это просто практика?

— На сто процентов.

— Наверное, мне не стоит этого говорить, но иногда он смотрит на тебя так, что единственное слово, которым я могу это описать, – голод.

От этих слов по спине бегут мурашки, пока их не гасит холодная реальность.

— Эмори, — я плюхаюсь на мат. Она садится рядом. Я обхватываю колени руками и кладу на них подбородок; на одном до сих пор пластырь после моей неудачной вылазки на полосу препятствий. — Поверь. Я не та, кого он хочет. Он сказал мне это много лет назад, — я сжимаю губы, прежде чем успеваю выдать лишнее.

Выражение ее лица меняется, по нему пробегает потрясение.

— Что он сказал?

— Не стоило мне это говорить, — быстро отвечаю я. — Ничего плохого. Просто… я спросила, не будет ли ему странно дружить со мной. И он сказал, что нет. Что я одна из своих, — от этих слов до сих пор хочется поморщиться. Я спрятала тот момент глубоко внутри, позволив ему затвердеть и окаменеть. Одна из своих, говорила я себе. Идеально. Кто не хочет быть одной из своих, правда?

— Мудак, — бормочет Эмори себе под нос.

— Все нормально. Я и правда много лет хотела быть одной из своих. Казалось, это самый простой способ, чтобы меня приняли на работе, — я пожимаю плечами. — Поэтому и с ним убеждала себя, что мне все равно. И мне действительно было все равно. Правда. Не то чтобы я каждое утро просыпалась и мечтала, чтобы я ему нравилась или что-то такое, но в какой-то момент…

— Тебе захотелось, чтобы он видел тебя иначе, — тихо говорит она.

Я пожимаю одним плечом, горло сжимается.

— Я об этом думала. Я постоянно смотрю на женщин, с которыми он встречается, и думаю, какой была бы моя жизнь, будь я похожа на них. И ненавижу это, — я замолкаю, стараясь сформулировать честно. — Я нравлюсь себе такой, какая я есть, Эмори.

— Мне ты тоже нравишься такой, какая ты есть, — отвечает она с легкой улыбкой.

— Но эта ситуация показала мне все, чего мне не хватает.

— Черт, — она толкает меня плечом. — Тебе всего хватает.

Я замираю рядом с ней, а потом чуть придвигаюсь к ее теплу и такой естественной нежности.

— Я еще не поняла, в чем мое дело, понимаешь? Смотрю на всех этих женщин, на Тристана и завидую, в основном потому, что хочу быть больше похожей на них. Хочу делать что-то значимое. Просто пока не поняла, что именно. Иногда мне кажется… — голос затихает, сердце неровно бьется в груди. — Иногда мне кажется, что, даже если бы я нравилась Тристану, даже если бы он рассматривал меня как вариант, я все равно не была бы его достойна.

— Нет, Кэти, — выдыхает она. — Нет.

— Все нормально, — я встряхиваю руками. — Я не собираюсь сидеть и жалеть себя.

— Я тебе помогу, — заявляет она. — Для начала устрою тебе свидание с кем-нибудь горячим и хорошим. А потом заставлю тебя помочь мне с кое-чем, что позволяет мне почувствовать себя значимой.

— Эмори, не хочу тебя расстраивать, но не думаю, что Эйден хочет, чтобы я делала виски.

Она наклоняется ко мне.

— Не это. Девочки из математической команды узнали, что я тренируюсь с тобой, и тоже хотят.

Эмори тренирует математическую команду в местной старшей школе, и я уже встречалась с девочками, когда они приезжали в Краунхейвен отпраздновать победу на крупных соревнованиях. Они веселые, неугомонные и немного пугающие.

— Почему они хотят, чтобы их тренировала я? Давай попросим Нур. У нее гораздо больше опыта.

Эмори качает головой.

— Это должна быть ты. Просто доверься мне, ладно?

— Я доверяю тебе на ноль процентов, — говорю я, улыбаясь подруге. — От тебя одни неприятности.

Она хихикает и снова сжимает мое плечо.

— Знаешь, Кэти, ты этого не замечаешь, но ты тоже мне помогла. Когда я только приехала сюда, мне казалось, что ты единственный человек, на которого я могу положиться.

В носу начинает щипать. Вот за что я люблю Краунхейвен. Эту маленькую семью.

— Можешь, — преданно говорю я. — Так с кем ты там собираешься устроить мне свидание?