Двухчасовая поездка в компании Гранта Вуда. А ведь всего четыре дня назад я тусовалась с друзьями и их знакомыми, окруженная атмосферой беспечности и простыми способами сбежать от реальности. Как же быстро все может измениться.

Крупные ладони Гранта уверенно и привычно лежали на руле. Обручального кольца на пальце не было, и я вдруг осознала, что на самом деле толком ничего о нем не знаю. Впрочем, вряд ли там кроется что-то глубокое, сухо подумала я, вспомнив, как он жил одной работой с тех пор как отец нанял его.

— В каком университете ты учился? — спросила я, пытаясь вспомнить хоть что-то из услышанного раньше. Честно говоря, вспоминалось немногое. В какой-то момент он просто превратился в подопечного моего отца, который следовал за ним по пятам.

Руки Гранта, казалось, сильнее сжали руль.

— Мы здесь не для того, чтобы вести светские беседы, — отрезал он. — Мы работаем вместе и должны сохранять профессионализм.

— Несмотря на нашу личную историю?

— Нашу что?

— На твои близкие отношения с моим отцом? На то, что я знаю тебя уже… сколько, лет шесть?

— Мы толком не знакомы, — произнес он ледяным тоном. — И просто пересекались время от времени.

— Так давай это исправим. Откуда ты родом?

— Что ты имеешь в виду?

— Где ты родился? — медленно проговорила я. Боже, до чего же тяжелый человек. Настоящий бездушный робот, которого нужно заново учить элементарному человеческому общению. Интересно, у него есть кнопка выключения или, может, перезагрузки?

— В Нью-Йорке, — ответил он.

— В городе? В штате?

— В штате.

— Штат вообще-то большой.

Он пожал плечами.

— На севере штата.

Его тон четко давал понять, что с этой темой покончено, и я мысленно восторжествовала. Мне все же удалось стать для него сущим наказанием.

— Семья большая? Толпы братьев и сестер вокруг бегали?

— Нет.

— Ты с самого детства мечтал возглавить международный аукционный дом?

— А ты с самого детства мечтала стать бесцельно порхающей светской львицей?

Я прищурилась. Вот тебе и «профессионализм».

— Вообще-то, да. У людей в комнатах висели плакаты музыкальных групп и актеров, а у меня – сбившихся с пути детей-знаменитостей и нью-йоркских наследниц.

Почти помимо его воли, угол его губ дернулся.

— Рад, что ты способна смотреть на это под таким углом.

Между нами снова воцарилось молчание. Я теребила в руках край платья, наблюдая, как за окном проплывает пейзаж.

— Итак, — произнесла я наконец, твердо намереваясь разрушить тишину, которую он так отчаянно пытался сохранить. — Отец часто выкручивает тебе руки, заставляя брать стажеров? Или я просто счастливое исключение?

— Нет. Артур теперь редко появляется в офисе, — ответил Грант. Я сжала пальцы в кулак. Вот тебе и непринужденная беседа.

— Ему приходится тяжело после смерти Макса, — добавил Грант. — Но…

— Я знаю. Я бы предпочла об этом не говорить. — Я резко занялась ремнем безопасности. Разумеется, ему обязательно нужно было опустить этот разговор на самое дно, упомянув моего брата. Я задавала вопросы о его семье, а он решил нанесением ответного удара отплатить тем же.

— Как пожелаешь, — ответил он. — А теперь расскажи мне, что ты запомнила о коллекции Берча.

Остаток дороги мы провели, разбирая стратегию предстоящего визита и детали коллекции. Наконец мы въехали на широкую улицу Нью-Хейвена, высаженную деревьями, где дорога была слегка припорошена снегом. Перед нами выросли массивные кованые ворота, и Грант опустил стекло.

— Мистер Вуд и мисс Хэтуэй из аукционного дома «Hathaway» на встречу с Чарльзом Берчем, — произнес он в динамик домофона.

— Проезжайте, — отозвался искаженный радиопомехами голос.

Ворота плавно распахнулись, и Грант въехал на просторный передний двор, огибая красивый фонтан, застывший на морозе.

— Они перекрасили дом, — заметила я. — Раньше он был синим, а не серым.

Грант косо посмотрел на меня.

— Ты не говорила, что уже бывала здесь.

Я улыбнулась ему.

— Упс.

Мы поднялись по ступеням крыльца как раз в тот момент, когда Чарльз открыл перед нами дверь.

— Добро пожаловать! Какая радость видеть вас. Ада, дорогая, ты прекрасна как никогда! — Он наклонился, чтобы обнять меня, и я ответила ему широкой искренней улыбкой. Я не видела его почти пять лет, хотя было время, когда мы встречались чуть ли не каждую неделю.

— Здравствуйте, мистер Берч. Как ваши дела?

Он выглядел отлично, разве что седины в волосах прибавилось по сравнению с моими воспоминаниями.

— Замечательно. Я часто вспоминал о тебе, милая, и о твоем отце.

— Спасибо, — ответила я. — Для нас это очень важно.

Чарльз повернулся к Гранту, который выглядел слегка разоаженным тем фактом, что приветствовали первым не его.

— Мистер Вуд. Чрезвычайно рад знакомству.

— Взаимно, мистер Берч. Я уже очень давно мечтал взглянуть на вашу коллекцию.