Ее взгляд скользит по моим рукам, затем по животу, потом по талии.

— Тогда, думал о моем теле?

— Конечно нет, — ее бедра покачиваются, когда я следую за ней обратно в гостиную. На ней платье, которое завораживает: мягкая, струящаяся ткань до середины бедра.

— Эм, можешь помочь мне с этим? — Тристан указывает на свой планшет. — Хочу услышать твое мнение.

Эм.

Тристан делает свое дело. Скоро он ее рассмешит. Если бы Уайт был здесь, она бы попала под его чары. Они не могут иначе. Им досталось все обаяние, мне – заикание. Я никогда не завидовал им, но иногда мне хотелось бы быть больше похожим на них.

Я рассмешил ее. В баре на той неделе.

— Сначала ей нужно выбрать ужин, — Сиенна машет телефоном в воздухе.

— О, — Эмори закусывает губу и садится рядом с Тристаном на диван. — Я не думаю, что это действительно...

— Давай, — подначивает Сиенна. — Ты гостья. Выбирай, и тогда мы с Тристаном наконец перестанем спорить, — она бросает ей телефон.

Эмори пробегает глазами, и ее лицо загорается.

— О, спагетти, пожалуйста. Мы всегда ели итальянское меню по воскресеньям.

Тристан ликует. Сиенна стонет, но хватает телефон, чтобы сообщить Александре.

— Что? — брови моей жены сходятся.

— Соперничество братьев и сестры, — говорю я с легкой улыбкой. — Они спорят за ужин каждое воскресенье. Это их фишка.

— Я понимаю, — Эмори делает маленький глоток вина. — Моя тетя каждое воскресенье готовит потрясающие лумпианги Шанхай, и мы с Лео сражаемся за последний, — она говорит это небрежно, но в голосе слышна нотка грусти. Сиенна права. Я не особо задумывался о том, от чего Эмори отказалась, чтобы приехать сюда. Своя квартира. Братья. Отец.

Тристан передает ей планшет, и она склоняет голову над экраном.

— Это что?

— Прогнозы данных по продажам.

— Тристан, сегодня воскресенье, — я потираю виски. — Извини, — говорю я ей. — Он безжалостен, когда...

— Кто это делал? — спрашивает Эмори. Она поджимает под себя ноги, ставит вино и наклоняется над планшетом.

— Я сам. В Excel. Довольно базово, — он указывает на экран.

— Ноутбук? — коротко спрашивает она. — Извини. У тебя есть ноутбук, которым я могу воспользоваться? — ее взгляд скользит к Тристану, который смотрит на нее так, будто она только что выпрыгнула из торта голой с калькулятором в руках.

Он протягивает ей ноутбук и придвигается ближе на диване, нависая над ее плечом, чтобы указать на цифры.

Сиенна смотрит на меня со странным выражением лица.

— Осторожнее, Эйден, — шепчет она. — Я вижу, как тебе хочется на них рычать.

— Это что значит?

Ее губы изгибаются.

— Просто у тебя такое лицо, — таинственно говорит она. — Дай им познакомиться.

Эмори стучит по клавиатуре.

— Так. Вот. Прогнозы дадут тебе более точные данные, если прогнать модель вот так.

Глаза Тристана расширяются.

— Это... невероятно детально.

Она одаривает его взглядом, кричащим «очевидно же».

— Для чего это?

Тристан бросает на меня неуверенный взгляд, прежде чем говорит:

— «Старое Королевство». Дедушка запретил нам его запускать.

— Пока что, — вклиниваюсь я. — Как только мы получим землю, мы сможем построить новую винокурню. С одобрения деда или без.

— Почему именно эта земля? — она наклоняет голову.

— Нам нужна вода на ней, — я провожу ладонью по лицу, в сотый раз желая вспомнить рецепт и чувствуя себя полным гребаным неудачником из-за того, что забыл.

— Но с поддержкой компании было бы проще, — говорит Тристан. — Я думаю, если мы сможем показать, что это прибыльно, мы сможем переубедить деда. Дело в том, что сейчас все наоборот.

— Это не обязательно должно быть прибыльно, — я хмурюсь.

— Но могло бы, — говорит Тристан.

— Суть не в прибыли, — говорю я. — Для папы это было не...

— Ну, может, стоило бы, — восклицает Тристан. — Это компания, а не благотворительность.

Мы сверлим друг друга взглядами – наша первая настоящая ссора за не помню сколько времени. Я знал, что Тристана иногда раздражает, что он не главный, но я морщусь от мысли, что наши разногласия по поводу папы зашли так глубоко.

Тристан твердо уверен, что папа был не тем человеком, каким я его считал, и я не могу избавиться от чувства, что произносить эти слова вслух – значит предавать его память.

— Это может быть более прибыльным, — говорит Эмори, глядя на экран. — Вы цените это как свои другие винтажи, но вы могли бы сделать ценообразование более динамичным.

Мы оба поворачиваемся к ней.

— Что ты имеешь в виду? — я скрещиваю руки на груди. Мне не нравится, когда Хантер вмешивается в наши личные дела.