Реальность быстро объяснила мне разницу между "маляры существуют" и "маляр свободен и готов работать на безразрядника".

В техникуме нашлись двое студентов со Вторым Разрядом по малярно-кузовным работам, способных справиться с такой непростой задачей. Первый готовил к той же выставке собственный проект и на ближайшие полтора месяца был расписан по часам. Второго уже перехватила команда старшекурсников, восстанавливающая редкий автобус. Судя по разговорам, своего маляра они берегли как средневековый князь единственного лекаря во время чумы.

Я ещё раз посмотрел на часы и наконец признал очевидное: на сегодня поиски закончились. Был уже вечер, мастерские закрывались, занятия давно кончились. Ходить по общежитию и стучаться в каждую дверь с вопросом, не завалялся ли у кого-нибудь знакомый кузовщик-маляр нужного Разряда, означало уже не целеустремлённость, а лёгкую форму помешательства.

Да и у меня к тому же висел небольшой должок перед Ромкой. Приятель последние дни таскался со мной по мастерским, помогал со "Спектром", носил то, что требовалось принести, искал людей, когда я просил, и ни разу даже не заикнулся, что вообще-то у него существует собственная личная жизнь.

Иногда долг другу возвращают не деньгами, а готовностью отложить собственные дела. И, похоже, такой момент как раз настал.

Когда Вика с Леной в очередной раз напомнили, что за пределами гаража тоже существует жизнь, я для приличия посопротивлялся с минуту, а потом сдался. В конце концов, машины никуда не денутся, а отдохнуть тоже хочется.

— Ладно, — согласился я. — Сегодня повышаем культурный уровень. А то скоро разучусь отдыхать без гаечного ключа в руках.

Ромка сначала подозрительно прищурился, будто ожидал подвоха, а потом расплылся в улыбке.

— Я так и знал, что ты нормальный человек, Вить, — с облегчением заявил приятель.

— А какой еще? — удивился я. — Конечно, нормальный. Поэтому понимаю, что в девятом часу вечера маляра я всё равно искать не буду.

Девушки попросили нас подождать пять минут и убежали переодеваться. Я проводил их взглядом и хлопнул Ромку по плечу.

— Пошли чай пить. Я чувствую, ждать их будем долго, — хлопнул я друга по плечу.

— Они же сказали, что пять минут, — удивился приятель.

Эх, Ромка. Тебе ещё предстоит очень многое узнать о женщинах.

— Именно, — кивнул я. — Значит, чай мы успеем заварить, как минимум дважды.

Ошибся я только в одном. Ждать пришлось не долго, а очень долго. За это время мы успели выпить по две кружки чая, снова обсудить "Спектр" и ещё раз поспорить о том, стоит ли Ромке когда-нибудь заниматься азартными играми.

Когда я уже начал подозревать, что девушки решили отметить вечер без нас, на кухню наконец зашли.

Первой я увидел Вику и не сразу узнал в ней девчонку, что спорила со мной в общажном коридоре.

Ничего вызывающего в ней не было. Светлое платье в мелкий синий горошек доходило почти до колен, волосы вместо привычного хвоста свободно лежали на плечах, а на губах едва угадывалась помада. Всё очень просто, но именно эта простая девичья красота почему-то оказалась особенно притягательной.

Следом вошла Лена в тёмно-зелёном платье с белым воротничком. Обычно шумная и бойкая, она первой отвела глаза, заметив, как Ромка на неё уставился.

Никаких блёсток, боевой раскраски и желания непременно показать окружающим всё лучшее сразу. Просто две красивые молодые девушки, которые знали, что красивы, но всё равно немного смущались под мужским взглядом и оттого становились только красивее.

Я поймал себя на том, что смотрю на Вику чуть дольше положенного. Она, конечно, это заметила.

— Ну, Ярцев? — спросила девушка, вскинув брови. — Чего молчите?

Ромка открыл рот и не смог произнести ни слова. Спасать друга снова пришлось мне.

— Да вот думаем, стоило ли ради этого ждать почти час, — задумчиво произнёс я.

Лица обеих девушек изменились мгновенно.

— Ах так?! — возмутилась Лена.

— Однозначно стоило, — закончил я и глянул на Ромку. — Да, дружище?

Приятель судорожно закивал, и девушки тут же заулыбались.

— Вы очень красивые, — наконец сказал Ромка и покраснел.

— Спасибо, Ром, — неожиданно тихо ответила Лена.

Молодец, учится.

До кинотеатра решили идти пешком, и вот тут вечерний Тольятти открылся мне совсем с другой стороны. До этого город я в основном видел из окна машины, по дороге в техникум или когда куда-нибудь спешил. Сейчас спешить было некуда.

Сентябрь в этом году явно решил задержать лето. Воздух оставался тёплым, только иногда между домами протягивало прохладой. Широкие улицы тонули в мягком жёлтом свете, под огромными деревьями сидели люди, из открытых окон где-то играла музыка. На первом этаже одного дома работала небольшая пекарня, и запах свежего хлеба тянулся почти до перекрёстка, несмотря на вечерний час.